Марксизм или рассказ о том…

71
Как бородатый еврей поставил пролетарский классовый интерес на службу общественному идеалу.
(РАЗМЕЩЕНО С РАЗРЕШЕНИЯ АВТОРА)
Безымянный
С подачи Кургиняна, в последних своих выступлениях задал вектор дискуссии по марксизму, которая уже развернулась на публичных площадках. С позволения участников этой дискуссии я сформулирую и своё видение вопросов, поднятых Сергеем Ервандовичем в 20-м выпуске Школы сути.

Начать, я думаю, надо с главного, и здесь ни в коем случае нельзя сглаживать. Просто ставим ребром главный вопрос, который всех нас беспокоит: Есть в марксизме идеальное или нет?
Маркс один из тех философов, которые рассматривали проблему отчуждения человека. Но, в отличие от остальных, он видел причину в существовании классово-антагонистического общества, в котором одна его часть, обладая собственностью на средства производства, навязывает другой свою волю.
Конечно, труд производит чудесные вещи для богачей, но он же производит обнищание рабочего. Он создает дворцы, но также и трущобы для рабочих. Он творит красоту, но также уродует рабочего. Он заменяет ручной труд машиной, но при этом отбрасывает часть рабочих назад к варварскому труду, а другую часть превращает в машину. Он производит ум, но также и слабоумие, кретинизм как удел рабочих
К. Маркс. Экономико-философские рукописи 1844 года
Подобные формы общественных отношений формируют также принудительный характер труда, когда рабочие вынужденные работать из необходимости, а не из потребности, доставляющей внутреннее удовлетворение.
Внешний труд, труд, в процессе которого человек себя отчуждает, есть принесение себя в жертву, самоистязание. И, наконец, внешний характер труда проявляется для рабочего в том, что этот труд принадлежит не ему, а другому, и сам он в процессе труда принадлежит не себе, а другому.
К. Маркс. Экономико-философские рукописи 1844 года
Также в условиях классово-антагонистического общества люди не имеют средств и необходимых условий, чтобы реализовать свои потенциальные возможности и стать более образованными, всесторонне развитыми.
В результате получается такое положение, что человек (рабочий) чувствует себя свободно действующим только при выполнении своих животных функций при еде, питье, в половом акте, в лучшем случае еще расположась у себя в жилище, украшая себя и т.д., а в своих человеческих функциях он чувствует себя только лишь животным. То, что присуще животному, становится уделом человека, а человеческое превращается в то, что присуще животному
К. Маркс. Экономико-философские рукописи 1844 года
Процесс отчуждения затрагивает также сами отношения между людьми. Утрачивается кооперативный характер работы, люди становятся изолированными друг от друга, разрушаются дружеские связи всё подчинено сохранению своего рабочего места в противоборстве со своими коллегами и зарабатыванию материальных средств.
Итак, суммируя, Маркс выделял 4 вида отчуждения: от процесса труда, от продукта труда, от своей собственной сущности и людей друг от друга.
Исходя из вышесказанного, мы можем сделать вывод о том, что идеалом для Маркса было общество, свободное от противоречий, которое преодолело все описанные им формы отчуждения.
Преодоление отчуждения (как можно догадаться), Маркс связывает с упразднением частной собственности и институтов, поддерживающих частнособственнические отношения. Религия, семья, государство, право, мораль, наука, искусство и т.д. суть лишь особые виды производства и подчиняются его всеобщему закону, пишет он. Поэтому положительное упразднение частной собственности, как присвоение человеческой жизни, есть положительное упразднение всякого отчуждения, т.е. возвращение человека из религии, семьи, государства и т.д. к своему человеческому, т.е. общественному бытию.
И если бы Маркс ограничился только этим, то остался бы он неприметным писателем, пополнив тем самым ряды утопистов. Но он ответил на следующий главный вопрос: Кто и как будет строить это справедливое коммунистическое общество?

Поскольку главным условием являлось устранение частной собственности (этого источника всякого отчуждения), то необходим был класс, более всего не заинтересованный в её сохранении. Этим классом по Марксу и является пролетариат, не имеющий в собственности средств производства, подвергающийся жесточайшей капиталистической эксплуатации и угнетению.
Главное в учении Маркса, отмечал Ленин, это выяснение всемирно-исторической роли пролетариата как созидателя социалистического общества
(Соч. т. 23, с. 1)
В этом контексте для нас по-другому теперь звучит фраза Идея неизменно посрамляла себя, как только она отделялась от интересов
(Маркс К., Энгельс Ф. Соч. т. 2. с. 89) Потому как в том же 2-м томе сочинений Маркса и Энгельса авторы объясняют это на примере Великой французской революции:
С другой стороны, нетрудно понять, что всякий массовый, добивающийся исторического признания интерес, когда он впервые появляется на мировой сцене, далеко выходит в идее, или представлении, за свои действительные границы и легко смешивает себя с человеческим интересом вообще. Эта иллюзия образует то, что Фурье называет тоном каждой исторической эпохи. Интерес буржуазии в революции 1789 г., далёкий от того, чтобы быть неудачным, всё выиграл и имел действительный успех, как бы впоследствии ни рассеялся дым пафоса и как бы ни увяли энтузиастические цветы, которыми он украсил свою колыбель. Этот интерес был так могущественен, что победоносно преодолел перо Марата, гильотину террористов, шпагу Наполеона, равно как и католицизм и чистокровность Бурбонов. Неудачной революция была только для той массы, для которой политическая идея не была идеей её действительного интереса, истинный жизненный принцип которой не совпадал поэтому с жизненным принципом революции, для той массы, реальные условия освобождения которой существенно отличны от тех условий, в рамках которых буржуазия могла освободить себя и общество. Если, стало быть, революция, которая может служить представительницей всех великих исторических дел, неудачна, то она неудачна потому, что та масса, жизненными условиями которой по существу ограничилась революция, была массой исключительной, не охватывающей всей совокупности населения, ограниченной массой. Если, значит, революция неудачна, то не потому, что революция вызывала энтузиазм массы, не потому, что масса была заинтересована в ней, а потому, что для самой многочисленной части массы, части, отличной от буржуазии, принцип революции не был её действительным интересом, не был её собственным революционным принципом, а был только идеей, следовательно только предметом временного энтузиазма и только кажущегося подъёма.
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. т. 2. с. 89
Действительно, на этом конкретном историческом примере мы видим, как была посрамлена великая идея свободы равенства и братства в силу того, что буржуазный классовый интерес замыкался на исключительность определенной социальной группы, т.е. не распространялся на все общество в целом. И это не единственный случай, в истории было много примеров того, как самые великие идеи оказывались посрамлёнными из-за того, что их авторы не учитывали или вовсе отрицали классовый интерес.
Но в случае с пролетарским классовым интересом ситуация обстоит в корне иначе. Пролетариат рассматривался Марксом как класс, который должен был осуществить преобразования в интересах всего общества. Свергнуть власть эксплуататорского меньшинства, обобществить средства производства и (внимание!) осуществить переход к бесклассовому обществу. Т.е. фактически уникальность пролетарского классового интереса состояла в том, что после совершённых им преобразований он должен был упраздниться. По сути, эта миссия предполагала политическое самопожертвование ради воплощения общественного идеала. И именно поэтому никакой частный шкурный интерес не может быть отождествлён с пролетарским классовым интересом. Не может, потому как в той мере, в какой отдельный человек работает на воплощение общественного идеала, он работает в интересах пролетариата, и, наоборот, в той мере в какой он работает на свои частные шкурные интересы он противится интересам пролетариата.
Подводя итог, могу лишь добавить, что для меня заслуга Маркса заключается в том, что он гениально сумел поставить пролетарский классовый интерес на службу общественному идеалу, да так, что первое нисколько не противоречит последнему. Ну, а сумеем ли мы поставить свои жизни на служение этому идеалу уже всецело зависит от нас.

Арсен Айдунбеков

comments powered by HyperComments