Фетиш «демократического централизма»

258

Несколько недель назад группа людей, которая состояла в организационном бюро Союза коммунистов, созданного под эгидой информ-агентства «Ледокол» для организации людей с последующим переходом в будущую коммунистическую партию, обвинила меня в вождизме и отрицании коллегиальности руководства. Эта группа, состоящая из четырех человек (оргбюро состояло из 10 человек), воспользовавшись моей болезнью попыталось захватить власть (непонятно какую и над чем — «оргбюро»). Остальные шесть человек, членов «оргбюро» эту попытку не поддержали и на сегодняшний день оргтбюро Союза коммунистов продолжает свою работу. Попытки захватить центральный орган в виде газеты «Ледокол.орг», успеха не принесли. Можно долго перебрасываться всякого рода словами — вождизм, раскольничество… успеха это не принесёт. А они попытались. Но, подавляющее большинство членов организации их в этом не поддержало. Здесь, как мне кажется, необходим серьезный арбитр. И можно ли найти серьезнее арбитра, чем В.И.Ленин?
Поэтому давайте мы с вами рассмотрим то, что говорил и писал по поводу демократического централизма и коллегиального руководства Владимир Ильич Ленин. Начнем с письма Владимира Ильича об организационных принципах создания нашей партии, письмо датировано 1902 годом, окончательно сформировано в 1904 году.

Отрывок из работы: Письмо к товарищу о наших организационных задачах. Напечатано в 1902 г. на гектографе; предисловие и послесловие — в 1904 г. в брошюре: Н. Ленин. «Письмо к товарищу о наших организационных задачах». Женева, изд. ЦК РСДРП ( Ленин ПСС, Том 7)

Что говорил В.И.Ленин в этом письме:
1. О порочности принципа выборной системы, столь горячо поддерживаемой, так называемой «рабочедельцами». Вот как выглядят слова Владимира Ильича:

Письма к нашим товарищам.
Вы указываете на отсутствие серьезной подготовки и революционного воспитания у передовых рабочих, на так называемую выборную систему, так гордо и упорно защищаемую рабочедельцами6 из-за «демократических» принципов, на отчужденность рабочих от активной деятельности.
Именно так: 1) отсутствие серьезной подготовки и революционного воспитания (не только у рабочих, но и у интеллигентов); 2) неуместное и неумеренное применение выборного начала и 3) отчужденность рабочих от активной революционной деятельности, — в этом, действительно, заключается главный недостаток не только С.-Петербургской, но и многих других местных организаций нашей партии. [1]
А кто такие рабочедельцы, вот ссылка поясняющая кто такие эти люди:
Рабочедельцы — сторонники «экономизма», группировавшиеся вокруг журнала «Рабочее Дело», органа «Союза русских социал-демократов за границей». Журнал выходил в Женеве с апреля 1899 по февраль 1902 года под редакцией Б. Н. Кричевского, П. Ф. Теплова (Сибиряка), В. П. Иваншина, а затем и А. С. Мартынова. Вышло 12 номеров (девять книг). «Рабочее Дело» поддерживало бернштейнианский лозунг «свободы критики» марксизма, стояло на оппортунистических позициях в вопросах тактики и организационных задач русской социал-демократии. Рабочедельцы пропагандировали оппортунистические идеи подчинения политической борьбы пролетариата экономической борьбе, преклонялись перед стихийностью рабочего движения и отрицали руководящую роль партии. Рабочедельцы, выступая против ленинской идеи создания строго централизованной конспиративной организации, защищали так называемый принцип «широкого демократизма», который, как указывал Ленин, в условиях самодержавия, являлся «звонкой, но пустой фразой» (Сочинения, 5 изд., том 6, стр. 138).

В этом письме Владимир Ильич отстаивает принцип назначения «а вовсе не выбора» передовых трудящихся, отмечаемое на первом этапе строительства партии, не только непримиримость, но и вредоносность, так называемой выборной практики, так горячо отстаиваемой врагами трудящихся — экономистами. Отсюда вопрос, разве оргбюро созданное при информагентстве «Ледокол» действовало иначе? Оргбюро создавалось путем назначения в оргбюро, наиболее сознательных, как тогда казалось, и наиболее подготовленных для борьбы против буржуазии трудящихся. Именно это ставит в вину мне, вышеназванная группа, заявляя что отсутствие выборности оргбюро это вождизм и отказ от «демократического централизма».
Необходимо отметить, что благодаря ложнопонятой «выборности» и демократическому централизму пришли к тому, что процесс создания революционной партии растянулся на 10 лет . Именно в этот период, в эти 10 лет, вместилось поражение первой русской революции 1905-1907 гг, когда РСДРП вместо грамотного руководства восстания трудящихся, занималось бессмысленными спорами о том, как правильно социал-демократия должна поступить в период данной революции; нужно ли было вообще революционное восстание или базироваться на так называемом манифесте (имеется в виду — царский манифест октября 1905 года); участвовать в госдуме или не участвовать. Наконец, в 1912 году на 5-й пражской партийной конференции, сформировалась большевистская партия РСДП(б) и как не парадоксально звучит для отдельных граждан, и ЦК партии, и редакция центрального органа партии — газета «Правда» были созданы путем назначения, так как предложенные Владимиром Ильичом кандидатуры были съездом проголосованы без премий. Такая ситуация, как система назначений и кооптации, т.е. включение в различные уровни комитетов РСДРП(б) товарищей назначенных ЦК РСДРП(б), для руководства партийной работы на местах, действовало до августа 17-го года, т.е. до VI-го съезда РСДРП(б).
На VI-м съезде, в состав партии была принята очень большая группа, так называемых «межрайонцев» во главе с Троцким, которая потребовала
решать вопросы в ЦК с помощью демократического централизма и некоей коллегиальности руководства. Это привело в последствии, невзирая на решение VI-го съезда партии о подготовке вооруженного восстания, к предательству двух членов ЦК: Зиновьева и Каменева, которые накануне вооруженного восстания (за 4 дня до этого) в одной из меньшевистских газет заявили о своем несогласии с решениями ЦК о вооруженном восстании на основании только того, что они с этим не согласны, хотя при голосовании они остались в меньшинстве. В следующий раз с подобными действиями, наша партия столкнулась при обсуждении ультиматума Викжеля (Всероссийский исполнительный комитет железнодорожников).
Центральный комитет принял решение вести переговоры с Викжелем на базе решений ІІ съезда рабоче-крестьянских и солдатских депутатов, а не на базе ультиматумов Викжеля. Два члена ЦК: Каменев и Рыков голосовали против, оставшись в меньшинстве. Именно им, Каменеву и Рыкову, Лениным было поручено провести переговоры с Викжелем, поскольку они резко возражали против постановления ЦК. И что же произошло? Вместо активного продвижения позиции ЦК, Каменев и Рыков, нарушив партийную дисциплину, согласились вести переговоры на базе ультиматумов Викжеля (во время переговоров). Когда на заседании ЦК спросили почему они нарушили партийную дисциплину, Каменев заявил дословно следующее — «…что он с этим решением ЦК не согласен и выходит из партии». Второе его заявление — «…Ленин узурпировал власть и всем будет стыдно, когда Плеханов из-за этого заклеймит всех большевиков, как узурпаторов власти». Думаю всем понятно, что если бы не игры в «демократический централизм», «коллегиальность руководства» и прочие выборные благоглупости — эти люди (Зиновьев, Каменев, Рыков) не только не попали бы в ЦК, но и не оказались бы даже в партии. Но поскольку красивыми революционными фразами они смогли ввести в заблуждение рядовых членов партии, они оказались в ЦК и начали нарушать партийную дисциплину.
Самый пожалуй опасный кризис в нашей партии, случился во время дискуссии в ЦК, по вопросу Брестского мира. Неслучайно Ленин в письме об организационных принципах создания партии указанных ранее писал, что он вообще против дискуссии, очевидно имея в виду, что отдельным «товарищам» дискуссия нужна не для решения вопроса, а ради проявления самости «вот, де какой я умный, у меня на всё свое мнение и плевать мне на дисциплину». Ленин тогда заявил, что поскольку он остался один, он выходит из ЦК и будет оперировать к съезду. ЦК приняло решение по ратификации Брестского мира.
VIІ съезд партии поддержал решение ЦК. Тем не менее, в ЦК появилась фракция «Левые коммунисты» во главе с Бухариным. И кто же эти люди? Сапронов, Осинский, Бубнов и т.д. Прошу товарищей запомнить эти фамилии, они еще встретятся в этой статье. Эта группа, нарушив партийную дисциплину собиралась на ІV чрезвычайном съезде советов, главным вопросом которого была ратификация Брестского мирного договора,
выступить с отдельным заявлением, в котором указывалось несогласие с решениями VIІ съезда партии. Но Ленин был не из тех людей, которые дважды наступают на одни и те же грабли, поэтому перед съездом Советов ЦК вынес решение согласно которому члены партии в открытую выступившие против решения VIІ съезда партии о Брестском мире, будут исключены из партии. Тем не менее группа левых коммунистов, хотя и не выступила с отдельным заявлением, но при голосовании воздержалась. Кульминации развинчивания фетиша демократического централизма, явились VIІІ, IX и X съезды РКПб. Теми же людьми, которые были застрельщиками по фракции левых коммунистов: Сапроновым, Осинским и Бубновым, была сформирована фракция демократического централизма, так называемые — децисты:

Группа демократического централизма («децисты») — группа в РКП(б), возникшая в начале 1919 года. Возглавлялась лидерами «левых коммунистов» — Т. В. Сапроновым, В. В. Осинским, В. Н. Максимовским, М. С. Богуславским и другими. К 1920 году создали отдельную фракцию, которая и стала основой «Группы демократического централизма» [1]. После решения X съезда РКП(б) о роспуске всех антибольшевистских партий, часть «децистов» не согласилась с данным решением и продолжила борьбу, следствием чего было решение XV съезда РКП(б) об исключении 23 членов группы из партии, а также оценившее их деятельность как антиреволюционную.

Нет необходимости рассказывать о дискуссии на VIІІ съезде партии, достаточно привести его решения. Приведем эту ссылку, где децисты обрушились на ЦК:

На Восьмом съезде РКП(б) (1919) «децисты» обрушились на ЦК партии с обвинениями в отсутствии коллегиальности, в насаждении «иерархических, авторитарных» методов руководства. Делегаты съезда доказали абсурдность обвинений и отметили в резолюции: Партия находится в таком положении, когда строжайший централизм И самая суровая дисциплина являются абсолютной необходимостью. Все решения высшей инстанции абсолютно обязательны для низших. Каждое постановление должно быть прежде всего выполнено, и лишь после того допустима апелляция к соответствующему партийному органу. В этом смысле в партии в данную эпоху необходима прямо военная дисциплина. Все предприятия партии, поддающиеся централизации (издательство, пропаганда и пр.), должны быть в интересах дела централизованы. Все конфликты разрешаются соответствующей высшей партийной инстанцией. [3]

Итак товарищи, мы с вами видим, что позиция Владимира Ильича о пагубности игры коллегиальности решений в демократическом централизме, высказана им в совершенно иных условиях, в условиях создания партии, по необходимости назначения людей на те или иные посты. В партии не изменились организационные принципы и к тому моменту, когда партия взяла власть. Решения 8-го съезда партии говорят об этом четко и недвусмысленно.
Тем не менее децисты не унимались и на IX съезде партии в 20-м году, в момент когда гражданская война была уже завершена, они снова навязали партии эту дискуссию. Руководствуясь решением VIII съезда партии, IX съезд отсёк все возражения децистов и в заключительном слове на IX съезде партии, Владимир Ильич подверг резкой критике все «жалобы» децистов на произвол ЦК и назначенных ею руководителей. Для решения различных вопросов, своих представлений и для удобства читателей мы приводим тексты резолюции в полном объеме. Вот они:

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ СЛОВО ПО ДОКЛАДУ
ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА
30 МАРТА

Товарищи, главные нападки вызвала та сторона политического отчета ЦК которую т. Сапронов назвал руганью. Тов. Сапронов придал чрезвычайно определенный характер и привкус той позиции, которую он защищал, и чтобы показать вам, как обстоит дело с фактической стороны, я бы хотел начать с напоминания некоторых основных дат. Вот передо мной «Известия ЦК РКП» 2 марта; мы печатаем от имени ЦК письмо к организациям РКП по вопросу об организации съезда. И в первом письме говорим: «Прошло, к счастью, время чисто теоретических рассуждений, споров по общим вопросам, вынесения принципиальных резолюций. Это уже пройденная ступень, это решенная вчера и позавчера задача. Надо идти вперед, надо уметь понять, что теперь перед нами стоит практическая задача, что всеми силами, с энергией поистине революционной, с той же беззаветностью, с которой побеждали Колчака, Юденича, Деникина наши лучшие товарищи, рабочие и крестьяне красноармейцы, надо решить деловую задачу быстрейшей победы над разрухой».
Я должен сознаться, что тут оказался виноватым в оптимизме я, который думал, что время теоретических рассуждений прошло. В самом деле, в течение 15 лет до революции теоретизировали, два года управляли государством, надо теперь проявить деловитость и практичность, и вот мы обращаемся 2 марта к товарищам, имеющим деловой опыт.
В ответ на это 10 марта печатаются в «Экономической Жизни»110 тезисы Томского, 23 марта — тезисы тт. Сапронова, Осинского, Максимовского, 27 марта появляются тезисы Московского губернского комитета, т. е. уже после нашего обращения к партии. И во всех этих тезисах вопрос поставлен теоретически неверно. Если наша точка зрения в письме была оптимистична, ошибочна, если нам казалось, что эта пора уже изжита нами, то тезисы указали, что она еще не изжита, и нечего жаловаться товарищам из профессиональных союзов, что к ним относились несправедливо, и теперь перед нами стоит вопрос: верна ли эта точка зрения или та позиция, которую после нашего обращения 2 марта защищали все эти тезисы? В каждом из них масса делового материала, и это надо принять во внимание. Если бы ЦК смотрел на это без серьезного внимания, то это было бы ни к черту не годное учреждение.

Но послушайте, что пишет т. Томский:
«§ 7. Основным принципом в строении органов регулирования и управления промышленностью, единственно могущим обеспечить участие широких непартийных рабочих масс через профсоюзы, является существующий ныне принцип коллегиального управления промышленностью, начиная от президиума ВСНХ до заводоуправления включительно. Лишь в особых случаях, по взаимному соглашению президиумов ВСНХ и ВЦСПС или ЦК соответствующих союзов, следует допускать единоличное управление отдельными предприятиями при непременном условии контроля над единоличными администраторами со стороны профсоюзов и их органов. § 8. В обеспечение осуществления единства плана хозяйственного строительства и установления согласованности в деятельности профсоюзов и хозяйственных органов участие союзов в деле управления промышленностью и ее регулирования должно быть установлено на основе следующих принципов: а) общие вопросы экономической политики обсуждаются ВСНХ и его органами с участием профсоюзов; б) руководящие хозяйственные коллегии формируются ВСНХ и его органами совместно с соответствующими органами профсоюзов; в) коллегии хозяйственных органов, обсуждая совместно с профсоюзами общие вопросы хозяйственной политики той или иной отрасли производства и давая им периодические отчеты о своей деятельности, являются органами лишь ВСНХ и обязаны проводить в жизнь лишь его постановления; г) все коллегии хозяйственных органов обязаны беспрекословно проводить в жизнь постановления высших органов ВСНХ персонально и коллегиально, отвечая лишь перед ВСНХ за их выполнение».
Это страшная путаница элементарных теоретических вопросов.
Верно, что управление идет через единоличного администратора, но кто именно окажется этим администратором, специалист или рабочий — это зависит от того, сколько у нас есть администраторов из старого и нового порядка. Но это — элементарные теоретические вещи. Давайте говорить об этом. Если же вы хотите обсуждать политическую линию ЦК то не подсовывайте нам ничего, что мы не ставили и не говорили. Когда мы 2 марта призывали товарищей дать нам практические подкрепления, что мы получили в ответ? Нам в ответ преподносят товарищи с мест заведомо неверные теоретические вещи. В тезисах тт. Осинского, Максимовского и Сапронова, которые появились 23 марта, все — сплошное теоретическое искажение. Они пишут, что коллегиальность в той или другой форме составляет необходимую основу демократизма. Я утверждаю, что за 15 лет предреволюционной истории социал-демократии ничего похожего вы не найдете. Демократический централизм значит только то, что представители с мест собираются и выбирают ответственный орган, который и должен управлять. Но как? Это зависит от того, сколько есть годных людей, от того, сколько там есть хороших администраторов. Демократический централизм заключается в том, что съезд проверяет ЦК, смещает его и назначает новый. Но если бы мы вздумали проверять те теоретические неверности, которые написаны в этих тезисах, мы бы никогда не кончили. Я, собственно, не буду больше этого и касаться и скажу лишь, что ЦК занял ту линию в этом вопросе, которую нельзя было не занять. Я прекрасно знаю, что т. Осинский и другие махновских и махаевских взглядов не разделяют, но за их аргументы махновцы не могут не цепляться. Они с ними связаны. Возьмите тезисы Московского губкома партии, которые были нам розданы. Здесь говорится, что в развитом социалистическом обществе, где исчезнет общественное разделение труда и прикрепление людей к профессиям, периодическая смена людей, выполняющих по очереди функцию управления, возможна только на основе широкой коллегиальности и т. д. и т. д. Все это сплошная путаница!
Мы обратились к местным практикам: помогите нам деловыми указаниями. Вместо этого нам говорят, что ЦК не считается с местами. С чем не считается? С рассуждениями о социалистическом обществе? Тут нет ни тени практицизма, ни деловитости. Конечно, у нас есть прекрасные рабочие, которые много заимствуют у интеллигенции, но иногда не лучшее, а худшее. Тогда нужно бороться с этим. Но если вы в ответ на призыв ЦК дать практические указания выдвинули вопросы принципиальные, тогда мы должны о них говорить. Тогда мы должны сказать, что бороться с принципиальными неверностями необходимо.
Те тезисы, которые после 2 марта вынесены, содержат чудовищные принципиальные неверности.
Это я утверждаю. Давайте об этом говорить и спорить. Нечего от этого отделываться! Тут нечего ссылаться на то, что мы не теоретики. Извините, т. Сапронов, ваши тезисы есть тезисы теоретика. Вы увидите, что если их внести в практику, то необходимо вернуться назад и решать вопросы в неделовой постановке. Те, кто в тезисах тт. Максимовского, Сапронова, Томского стали бы искать практические указания, глубоко ошиблись бы, они в основе своей неверны. Отношение класса к устройству государства я считаю в корне неверным и тащащим нас назад. За это, понятно, стоят все те элементы, которые остаются назади, которые еще не пережили всего этого. И надо винить авторов этих тезисов не в том, что они сознательно шли за разгильдяйство, но в том, что они своей теоретической ошибкой в вопросе, который ЦК им предложил поставить, дают некоторое знамя, некоторое оправдание худшим элементам.
И почему все это делалось? По недомыслию. Это устанавливается по подлинным документам с полной бесспорностью.
Я перейду к обвинению, которое делалось т. Юреневым насчет т. Шляпникова. Если бы ЦК удалял т. Шляпникова, как представителя оппозиции, перед самым съездом, такой ЦК несомненно сделал бы гнусность.
Когда мы установили, что т. Шляпников едет, то мы в Политбюро сказали, что мы не даем ему директив перед отъездом, и т. Шляпников накануне отъезда приходил ко мне и заявил, что он едет не по директивам ЦК. Таким образом, до т. Юренева дошел просто-напросто слух, и он его распространяет. (Юренев: «Шляпников говорил мне это лично…»)
Я не знаю, как он мог вам говорить это лично, когда он перед отъездом был у меня и говорил, что он едет не по директивам ЦК. Да, конечно, если бы ЦК ссылал оппозицию перед съездом, это недопустимо. Но когда вообще говорят о ссылке, то я говорю: потрудитесь тогда выбрать ЦК, который бы мог правильно распределять силы, но который отнял бы возможность жаловаться. Как можно так распределять, чтобы каждый был доволен? Если не будет этого распределения, то тогда зачем говорить о централизме? А если было искажение принципов, то давайте говорить о них на примерах. Если мы ссылали представителей оппозиции, то давайте пример, который рассмотрим; может быть, и есть ошибки. Может быть, был сослан т. Юренев, который подавал жалобу в Политбюро, что он неправильно взят с Запфронта? Но Политбюро, рассмотрев вопрос, нашло, что это было сделано правильно. И какой бы ЦК вы ни выбрали, он не может отказаться от распределения сил.
Дальше, относительно распределения дел между Оргбюро и Политбюро. Тов. Максимовский опытнее меня в организационных вопросах, и он говорит, что Ленин вносит путаницу в вопросах Оргбюро и Политбюро. Ну, что же, давайте разбираться. По-нашему, Оргбюро распределяет силы, а Политбюро ведает политикой. Если такое разделение неверно, то как разграничить деятельность этих двух органов? Конституцию, что ли, написать? Точно разделить Политбюро и Оргбюро, разграничить их деятельность трудно. Всякий вопрос может стать политическим, даже назначение коменданта. Если кто предлагает другое решение, так пожалуйста; тт. Сапронов, Максимовский, Юренев, давайте ваши предложения, попробуйте разделить, разграничить Оргбюро и Политбюро. У нас достаточно одного протеста члена ЦК, чтобы вопрос был признан политическим. И у нас за все время не было ни одного протеста. Самодеятельность менее всего ограничена: любой член ЦК может объявить вопрос политическим. И сколько-нибудь опытный практик в организационном вопросе, разбирающийся не как т. Максимовский, а работник, который в этой области проработал хотя бы полгода, должен вносить не такую критику, как т. Максимовский. Пусть критики дадут определенные указания, мы их примем и посоветуем выбрать новый ЦК, который и проведет эти пожелания. А мы получили только беспредметную критику, фальшивые утверждения.
Предположим, что Оргбюро вы отделите от политического руководства. Я спрашиваю, в чем же будет состоять тогда политическое руководство? Кто же руководит, как не люди, и как же руководить, как не распределять? Разве можно заставить человека, если он не способен проводить известные директивы? Ему дают известные указания, его работа проверяется, наконец, его ставят на другую работу. И как же еще научить тт. Максимовского, Сапронова и Осинского, которые в тезисах намечают теоретическую поправку, которая давно была отвергнута? Они на практике проводят еще худшую вещь и доказывают, что никакого материала для деловой критики нет.
Тов. Сапронов много говорил об олигархии и самодеятельности. Жаль, что не иллюстрировал примерами Украины. Там мы видим, какие нападки на олигархию возводили местные конференции. Этот вопрос съезд будет разбирать, либо поручит ЦК. Но мы об украинской конференции, на которой большинство с Сапроновым во главе высказалось против т. Раковского и вело совершенно недопустимую травлю, мы скажем, что мы не признаем этого постановления областной конференции. Это есть решение ЦК. Если оно было неправильно — тяните нас к ответу, но не отделывайтесь фразами, ибо здесь есть люди грамотные, и они скажут — это есть демагогия. Если мы неправы в оценке украинского раскола, приведите факты, что ЦК сделал ошибку.
Мы скажем, что мы этой конференции т. Сапронова не признаем, а назначаем двух старых и двух новых товарищей, т. Ж… и боротьбистов. Я не слышал ни одного протеста ни от т. Сапронова, ни от других и ни одного делового довода. Если мы разогнали и раскассировали целую украинскую конференцию, то нужно было бить в набат и сказать, что мы преступники. Между тем все молчат, потому что чувствуют, что за этими фразами о самодеятельности и т. д. скрылись и спрятались все элементы дезорганизаторские, элементы мещанства и атаманщины, которые на Украине очень сильны. (Аплодисменты.)
Я слышал один деловой пункт в речи т. Сапронова и впился в этот пункт. Тов. Сапронов говорит: VII съезд Советов предписал, а мы нарушаем его предписание, что декрет о сборе льна является нарушением постановления ВЦИК. Я не могу помнить и одной десятой доли декретов, которые мы проводим. Но я навел справку в секретариате Совнаркома о правилах сбора льна111. Декрет прошел 10 февраля. Что было обнаружено? Ни в Политбюро, ни в ВЦИК нет товарищей, которые были бы настроены не в пользу защиты самодеятельности. Мы видели их здесь на этой трибуне. Товарищи знают, что язык подвешен у них очень хорошо. Почему же они не обжаловали это постановление? Давайте ваши жалобы! Этой жалобы не было после 10 февраля. Мы, по предложению т. Рыкова и по соглашению с тов. Середой и Наркомпродом, после долгой борьбы принимаем это постановление. Нам говорят: «Вы ошиблись!». Может быть. Поправляйте нас. Передавайте этот вопрос в Политбюро. Это будет формальное решение. Давайте протокол. Если он докажет, что мы нарушили постановление съезда, — нас нужно под суд. Где это обвинение? С одной стороны, упреки из-за Шляпникова, а с другой стороны, говорится, что решение со льном нарушили. Потрудитесь привести данные о том, что мы нарушили постановление. Но вы не приводите фактов. Все ваши слова остаются словечками: самодеятельность, назначенство и т. д. Зачем же тогда централизм? Могли ли бы мы продержаться два месяца, если бы мы не назначали в течение двух лет, когда мы в разных местах переходили от полного истощения и разрушения опять к победе? Из-за того, что вам не нравится отозвание т. Шляпникова или т. Юренева, вы бросаете эти словечки в толпу, в бессознательную массу. Тов. Лутовинов говорит: «Вопрос не решен». Приходится решать. Если два наркома разошлись в оценке Ивана Ивановича и один утверждает, что тут есть политика, — как же быть, укажите способ! Вы думаете, что скучные вопросы только в Президиуме ВЦИК? Я говорю, что нет учреждения, где нет скучных вопросов, и всем приходится разбирать вопрос о Марии Ивановне и Сидоре Ивановиче. Но говорить, что политики нет, нельзя потому, что политика проходит через каждую голову. Тов. Лутовинов имел… — я не знаю, как сказать, я боюсь оскорбить нежность слуха т. Сапронова и боюсь употребить полемическое выражение, — но он сказал, что т. Крестинский грозил расколом. На этот счет было заседание бюро. Есть протокол бюро, и я прошу всех членов съезда взять этот протокол и прочесть*. Мы пришли к выводу, что у т. Крестинского была горячность, а у вас, т. Лутовинов и т. Томский, была весьма дурно пахнущая склока. Может быть, мы неправы, — исправьте наше решение, но говорить таким образом, не читая документов, не ссылаясь на то, что было специальное заседание, что дело разбиралось в присутствии Томского, Лутовинова, этого нельзя.
Мне осталось еще коснуться двух пунктов, прежде всего назначения тт. Бухарина и Радека. Говорят, что мы их послали политкомами в ВЦСПС, и тут думают разыгрывать на той канве, что нарушается самодеятельность, проводится бюрократизм. Может быть, вы знаете лучших теоретиков, чем Радек и Бухарин, так дайте нам, может, вы знаете лучших людей, знакомых с профессиональным движением, дайте их нам. Как, ЦК не имеет права прибавить к профессиональному союзу людей, которые лучше всего теоретически знакомы с профессиональным движением и знакомы с немецким опытом и могут иметь воздействие на неправильную линию? ЦК который бы этой задачи не выполнил, не мог бы управлять! Чем больше нас окружают крестьяне и кубанские казаки, тем труднее наше положение с пролетарской диктатурой! Поэтому нужно выпрямить линию и сделать ее стальной во что бы то ни стало, и мы эту линию партийному съезду рекомендуем.
Тов. Бубнов сказал здесь, что он тесно связан с Украиной, и этим выдал истинный характер своих возражений. Он сказал, что ЦК виноват в усилении боротьбистов. Это — вопрос сложнейший и крупнейший, и я думаю, что в этом крупнейшем вопросе, где требовалось маневрирование, и очень сложное, мы вышли победителями. Когда мы говорили в ЦК о максимальных уступках боротьбистам, над этим смеялись, говорили, что мы не идем прямо; но прямо можно сражаться тогда, когда у неприятеля есть прямая линия. Раз неприятель двигается зигзагами, а не по прямой линии, то мы должны следовать за ним и ловить его на всех зигзагах. Мы обещали боротьбистам максимум уступок, но с тем, что они будут вести коммунистическую политику. Таким путем мы доказали, что у нас ни малейшей нетерпимости нет. И что эти уступки сделаны вполне правильно, доказывается тем, что все лучшие элементы боротьбистов вошли теперь в нашу партию. Мы эту партию перерегистрировали и вместо восстания боротьбистов, которое было неизбежно, мы получили, благодаря правильной линии ЦК, великолепно проведенной т. Раковским, то, что все лучшее, что было в среде боротьбистов, вошло в нашу партию под нашим контролем, с нашего признания, а остальное исчезло с политической сцены. Эта победа стоит пары хороших сражений. Говорить поэтому, что ЦК виноват в усилении боротьбистов, значит не понимать политической линии в национальном вопросе.
Я коснусь еще речи последнего товарища, который сказал, что надо выкинуть из программы то, что говорится о профессиональных союзах. Вот образец торопливости. Мы так легко не делаем. Мы утверждаем, что ничего выкидывать не нужно, надо обсуждать в брошюрах, статьях, в печати и т. д. Профессиональные союзы идут к тому, чтобы взять в руки хозяйственную жизнь, именно промышленность. Разговоры о том, чтобы не включать специалистов в профессиональные союзы, есть предрассудок. Профессиональные союзы являются воспитателями, и с них спрашивается строго. Плохого воспитателя ЦК не потерпит. Воспитание есть длинное и трудное дело. Здесь нельзя отделаться декретом, надо терпеливо и умело подходить, и мы идем к этому и будем идти. Дело требует быть очень осторожными, но твердыми.»

_______
* См. настоящий том, стр. 226—227. Ред.

Как мы видим, что децисты нарушив решение VIII съезда партии, снова навязали уже на IX съезде очередную дискуссию о коллегиальности руководства и демократическом централизме. Ленин еще раз постарался объяснить пагубность этого метода, отметил отсутствие фактического материала и призвал членов группы демократического централизма отбросить свои теоретические заблуждения. Тем не менее, децисты продолжили борьбу с партией, которой вынудили Владимира Ильича принять решение на Х съезде, провести решение о запрете фракционной борьбы в партии и провести решение о роспуске всех фракций, объявив участие во фракциях антипартийной борьбой за которую член партии из партии исключается.
Я, товарищи, не случайно просил вас обратить внимание на фамилии людей, которые начали фракционную борьбу ещё с VII съезда партии. Если мы посмотрим на дальнейшую историю нашей партии мы увидим, что участники разных фракций, то ли левые коммунисты, то ли децисты, то ли участники дискуссий о профсоюзах, то ли те кто выступал против индустриализации и коллективизации страны — это практически всегда, одни и те же люди. Новые 10 лет дискуссий, да собственно говоря не 10, а 14 лет с 1917 по 1931 годы будучи теоретически разбиваемой партией, с постоянной регулярностью в конечном итоге перешли от борьбы внутри партии к борьбе против Советской власти, то ли в рядах троцкистско-зиновьевского блока, то ли в рядах параллельного бухаринского центра. Их методом стали саботаж, диверсии и убийства. Теперь настало время оценить методы и действия новоявленных децистов.
Сначала фактический материал:

Началось с того, когда МА заблокировали в дискорде и перебросили в другую комнату без его согласия и уведомления. На вопрос в чем дело, было заявлено, что МА мешает.
После МА обратился в оргбюро с заявлением о выходе из организации.
Потом МА сказал, что в случае какого-либо решения прошу меня известить и ушел, чтобы не влиять на мнение членов оргбюро.
Решение было принято большинством голосов. Проголосовали за то, чтобы МА остался работать.
После этого поступило 2 предложения от МА.
1. о введение поста председателя оргбюро
2. о полномочиях председателя оргбюро.
2.1 председателя оргбюро никто не имеет права перебивать, блокировать или переносить в другую группу без его согласия в дискорде.
2. 2 председатель оргбюро имеет право отдавать приказы, касающиеся приемов и методов работы любому члену оргбюро.
2.3. член оргбюро, получивший приказание председателя, обязан его выполнить.
2.4 если член оргбюро с приказом не согласен, приказание он должен выполнить и при своем желании вынести вопрос об обсуждении целесообразности данного приказания на следующий по дате оргбюро.
На голосовании по первому пункту было выдвинуто две кандидатуры: МА и Нина Гил-ровадри.
При голосовании победила кандидатура МА.
При голосовании по второму вопросу двое было против, один воздержался, остальные были «за».

В соответствии с этими решениями оргбюро, после провала на дискуссиях по либеральному глобализму и дискуссии с ФБР по вопросам социализма, были сделаны указания Диденко и Мерзликину о необходимости продвигать свою активную позицию, а не обсуждать вопрос на платформе противоположной стороны. Тем не менее Диденко, при обсуждении вопроса о дискуссии с марксистским кружком из Уссурийска заявил, что было принято решение обсуждать вопрос о зарождение фашизма в нашей стране. Несмотря на разъяснения с моей стороны о том, что это в корне не правильно и обсуждать надо вопросы о борьбе с буржуазным режимом в нашей стране, Диденко заявил, что он с этим не согласен. Тогда, в соответствии с решением оргбюро, ему был отдан прямое распоряжение о замене темы дискуссии. Диденко опять заявил, что он с этим не согласен и что отдача приказа это вождизм.
Я собирался поставить вопрос о нарушении вопроса оргбюро на следующее заседание, но к сожалению заболел. Понимая, что при голосовании в оргбюро Диденко останется в меньшинстве и была произведена попытка захвата оргбюр, захват и переименование дискорт-канала, попытки блокировки центрального органа организации «Ледокол-орг» и ютуб канала. Данная группа раскольников предложила устроить общее обсуждение сложившейся ситуации, на общем собрании всех членов организации на канале в дискорбе «Ледокол». Им на это было дано согласие, и были выделены люди и с той, и с другой стороны для выработки регламента этого обсуждения. В этом регламенте предусматривалось сначала моё выступление, на которое мне давалось 5 минут, потом выступление пяти представителей противоположной стороны, регламентом тоже по пять минут. В рамках выделенных мне 5 минут, я собирался огласить для товарищей фактологию предшествующих событий в связи с тем, что у меня проблемы со зрением я попросил зачитать, изложенный выше фактический материал, одного из модераторов. На что противоположной стороной было заявлено, что это нарушение регламента и они покидают совещание. Практически все представители центрального региона (за исключением одного человека) полностью все представители регионов Урала и Сибири и часть представителей регионов Сибири и Дальнего Востока, позицию оргбюро поддержали. На стороне раскольников осталась хабаровская ячейка и несколько представителей (около 5 человек) из региона Сибири и Дальнего Востока.
Итак, что мы с вами видим, товарищи? Действия оргбюро, по созданию коммунистической партии, полностью совпадает с принципами организационной работы В.И. Ленина — централизм, назначение, дисциплина. Если это вождизм, то давайте обвинять в вождизме и В.И.Ленина. Как вы имеете возможность видеть из изложенного выше фактического материала (я думаю, что даже раскольники не смогут это оспорить, что и объясняет их бегство с обсуждения) оргбюро свои решения принимало путём голосования, т.е. тем самым, коллегиальным способом о якобы нарушении которого, «во всех углах» и во всех «подворотнях» кричат раскольники. Именно они, своими раскольничьими действиями о которых говорилось выше, нарушили основной принцип демократического централизма — обсуждение ведется только до принятия решения. После принятия решения, решение обязательно к исполнению всеми членами организации. Я обращаюсь к товарищам, которых ввели в заблуждение красивыми фразами лидеры раскольников. Прошу вас всех вспомнить фразу Владимира Ильича о том, что «…люди всегда будут жалкими жертвами обмана, если за красивыми фразами не будут видеть чьи-то интересы».
За семь лет работы сложилась ситуация, что «Ледокол» оказался на острие политического понимания ситуации и лидером в творческом развитии марксизма-ленинизма. Подумайте товарищи теперь, кому выгодно затушевывание принципиальных вопросов красочной болтологией и произошедшей в результате этого отколотой от организации группы товарищей. Еще раз повторяю, когда вы прочтёте приведённые здесь материалы свидетельствующие о позиции оппозиции в этом вопросе Владимира Ильича, вам станет ясно для чего это сделано и кому это выгодно. Путь назад в организацию не закрыт не для кого, просто надо разобраться в позициях и понять для себя, какую ошибку вы совершили.

Марк Анатольевич 02.11.2018.

comments powered by HyperComments