Учёба 11.10.2019 г. 2 часть

27


Марк Анатольевич
— И это сказал, правильно. Что он сказал по поводу образования?
Анжелика
— Надо доступное, а не… а не…
Марк Анатольевич
— … а не дорогое или дешёвое, а доступное для всех. И наконец, что он сказал по поводу того, если в Штатах будет социализм?
Сретенка
— Что останется одна капиталистическая страна — это Россия.
Марк Анатольевич
— Правильно. То есть, Кедми конечно, поскольку гражданин иностранного государства, впрямую не мог сказать этого: он ходил вокруг да около, но сказать не имел права. В противном случае, он же не может вмешиваться во внутренние дела другого государства. Итак, давайте попробуем с вами определить, что нам пытались внушить, и не только нам, но и всем, кто слушал эту передачу, что нам пытались внушить на этой передаче?
Григорий
— Я могу сказать. Пытались внушить то, что у капитализма есть модели, что всё то плохое, что творится, что это американская модель, что есть, типа, какая-то социалистическая модель капитализма, вот в моём понимании, что пытались внушить.
Марк Анатольевич
— То есть, нам пытались внушить мысль о том, что возможно конвергенция, то есть существование, одновременно и капитализма, и социализма. Это возможно, кто мне скажет?
Анжелик
— Разумеется, нет. Как это возможно?
Марк Анатольевич
— А почему нет?
Георгий
— Я могу сказать, Марк Анатольевич. В моём понимании, если в самом начале, в самый тот период, когда революционная ситуация происходит, это может быть и можно сделать, но потом просто там возникнут противоречия и всё равно будет борьба.
Марк Анатольевич
— Нет, Гриша. Не правильно. Дело в том, что большевики попытались это сделать в конце 1917 в начале 1918 года и выяснилось, что это невозможно. Один только рабочий контроль на капиталистических предприятиях решения вопроса не даёт, потому что неизбежным остаётся главный закон капитализма и он ведёт себя именно так: «Максимальная прибыль в максимально короткий срок». Поэтому, советская власть в 1918 году вынуждена была произвести национализацию и, если вы помните, как назывался у нас период с 1918 по 1921 год?
Павел
— Новая Экономическая Политика?
Марк Анатольевич
— Она в 1921 году наступила, а как до этого назывался период в 1918 по 1921 год?
Анжелика
— Военный коммунизм?
Марк Анатольевич
— Совершенно правильно, Анжелика. Когда «всё для фронта, всё для победы!» и работали за паёк, зарплаты, как таковой, не было вообще. Помните это? То есть, определённой части коммунистического… будем говорить, общественной формации, вынужденной, из-за необходимости вести войну. «Всё для фронта, всё для победы!». Таким образом, я хочу, чтобы вы это себе записали: конвергенция между капитализмом и социализмом невозможна по двум причинам: 1) Разные формы собственности; 2) Разные цели экономик. С формой собственности мы разобрались. Каковы цели экономики капиталистической по работе Иосифа Виссарионовича «Экономические проблемы социализма в СССР»?
Павел
— Максимальная прибыль.
Марк Анатольевич
— Максимальная прибыль в максимально короткий срок. А социалистической?
Георгий
— Я могу сказать. До максимально потребности…
Марк Анатольевич
— Максимальное удовлетворение постоянно растущих потребностей людей на базе высшей техники. Из формулы здесь ни одного слова выкинуть нельзя. Ещё раз. Максимальное удовлетворение постоянно растущих потребностей людей на базе высшей техники. Прошу записать.
Итак, мы с вами разобрали, почему не возможна конвергенция капитализма и социализма. Последний вопрос наш сегодняшний. Так почему эта тема постоянно поднимается во всех слоях, так сказать, экспертов и, с позволения сказать, научного сообщества? Почему? Кто готов ответить?
Анжелика
— Предположить могу.
Марк Анатольевич
— Слушаю.
Анжелика
— «Чует кошка чьё мясо съела».
Марк Анатольевич
— Ну, это я понял. У кого какое ещё мнение есть?
Юрий
— Все эти передачи делаются с одной задачей: чтобы потащить за собой зрителя. То есть, это универсальный приём.
Марк Анатольевич
— Понятно. У кого ещё какое мнение?
Сретенка
— Растёт интерес к социализму.
Марк Анатольевич
— Понятно. У кого ещё мнение какое? Всё вы сказали правильно, товарищи. Но не сказали саму важную вещь. задача всех этих обсуждений — не допустить того, чтобы неосознанный протест наёмных работников перешёл в русло классовой борьбы. Вот какая главная задача всей этой болтологии.
Анжелика
— … и Навальные, и Платошкины, и Соловьёвы.
Марк Анатольевич
— И Навальный, и Платошкин — это всё отряды буржуазии, которые друг от друга отличаются как чёрт жёлтый от чёрта синего. И один, и другой привлекают внимание к отдельно взятым порокам буржуазного общества, но ни в коей мере не говорят о ликвидации буржуазного общества, о ликвидации его базиса — частной собственности на средства производства. Обратите внимание, что из всех тех, кто присутствовал на встрече Соловьёва и кто не присутствовал на встрече у Соловьёва, общее только одно — сохранение частной собственности на средства производства. Запомнили? Поэтому основной вопрос к любому вашему оппоненту, к любому: «Ты за сохранение частной собственности на средства производства или нет?». И после этого всё становится на свои места. Это понятно, товарищи?
Юрий
— Именно поэтому Тарута и орал. Или как его…
Марк Анатольевич
— Тарута или Таратута.
Георгий
— Разрешите вопрос?
Марк Анатольевич
— Пожалуйста.
Георгий
— В социализме же будет допускаться право на кооперативную частную собственность? То есть, как это понять, что это социализм полный? Ведь там же будут присутствовать… то есть, если на общество смотреть в целом, в большинстве, как увидеть индикатор?
Марк Анатольевич
— Дело в том, Григорий, что будет определённый период, когда социалистическая экономика будет плотно занята главными стратегическими задачами, просто будет не хватать кадров для всего остального. Владимир Ильич говорил, что со всеми проявлениями тенденций прошлых эпох можно бороться только одним способом: внедрением социализма во все сферы жизни. И нам придётся определённое время терпеть кооперативную собственность, индивидуальный подряд, только потому, что у государства, у социалистической экономики, точнее, просто руки до этой сферы не дошли. Например, сфера услуг, да? Будут стоять более серьёзные задачи и эту нишу заполнят, ну, будем говорить, индивидуальное предпринимательство и кооперативное предпринимательство. Невозможно пропасть перескочить в два прыжка, надо сначала построить мост. Мостом является социалистическая экономика, которая, набирая обороты, обязательно эти сферы, эти ниши, занятые индивидуальным предпринимательством и кооперативным предпринимательством заполнит, и тогда уже места для этих людей не останется: их предприятия станут обычными предприятиями социалистической экономики, которые органично вольются в единый народно-хозяйственный комплекс. Понятно?
Анжелика
— Мне одно не понятно: в какой сфере экономики мы слабы? Вот сейчас?
Марк Анатольевич
— Сфера услуг. Видите ли в чём дело, буржуазия сейчас свела экономику к двум сферам — это сфера войны и сфера развлечений, в этом направлении она и работает. Нам же придётся строить социалистическую экономику, которая будет предназначена для образования материально-технической базы коммунистического общества. Это и сферы другие, и задачи другие. Понимаете, Анжелика?
Анжелика
— Как бы да, но не совсем, потому что… а что, мы не можем как-то это сделать без мостика?
Марк Анатольевич
— Нет. Невозможно. Дело тут вот в чём, я же говорю — на территории нашей страны социалистическая экономика разрушена, заводы превращены в руины, станочного парка практически нет (на металлолом порезан), нам придётся начинать развитие социалистической экономики и её построение со станкостроения для того, чтобы обеспечить наши предприятия передовой станочной техникой: компьютеризированной, роботизированной, но при этом придётся сохранить и, будем говорить, и универсальное производство, то есть нам понадобятся и токари, и сверловщики, и фрезеровщики, и расточники, и зуборезы, масса всего, что нам понадобится — то, чему сейчас на готовят, а для этого нам придётся восстанавливать систему как высшего технического образования, так и профессионально-технического образования. И вот на этот период нам придётся терпеть определённое предпринимательство в сфере услуг. По мановению волшебной палочки это не получится.
Анжелика
— Иностранных буржуев будем приглашать?
Марк Анатольевич
— Нет. И кредиты брать не будем.
Павел
— Но торговать будем.
Марк Анатольевич
— Торговать будем. Поэтому пускай они строят «Северный поток 2». Он народу хорошо послужит в будущем. Ещё вопросы?
Павел
— То есть, получается, Марк Анатольевич, они хотят снизить социальную напряжённость, чтобы не было революционной ситуации, взять как бы, получается, в союзники весь этот мелкий бизнес… и ещё какой, чуть больше, как Платошкин сделал, под знаменем социализма…
Марк Анатольевич
— Кого угодно, лишь бы классовой борьбы не было!
Павел
— Да. И через вот этот, так называемую, прогрессивную ставку налогообложения чуть-чуть отстегнуть вниз…
Марк Анатольевич
— Ну, это как получится.
Павел
— Ну, мм придётся это сделать.
Марк Анатольевич
— Они, может быть, и захотят это сделать, только вряд ли получится. Мы это переживаем и сейчас. Кто помнит что такое «серая зарплата»?
Павел
— Понятно.
Марк Анатольевич
— Да.
Анжелика
— Без налогов.
Марк Анатольевич
— Без налогов, без пенсионных взносов и так далее, и тому подобное. Без всего, чего угодно. Без социальной сферы. Поэтому прогрессивный налог — это не панацея. Если нет надёжной системы контроля, если эта схема является коррупционной, то это невозможно, а капитализм без коррупции жить не может. Поэтому, как говорил один мой знакомый: «Контролёр тоже хочет жить и жить хорошо!».
Павел
— Хотя в Европе вроде бы всё это работает и коррупции не так уж и много, но всё равно там…
Марк Анатольевич
— Ну, извините меня, Павел, ну зачем Вы говорите глупости? А Вы не слышали, что в Соединённых Штатах и в Европе разрешён, узаконен лоббизм? То есть, предприниматель платит лоббистской компании, чтобы она отстаивала их интересы в переговорах с чиновниками, с налоговиками? Хотя, вообще-то, этим суд должен заниматься! Но это уже у них не называется коррупцией, это называется лоббизмом! Понимаете? А это узаконено.
Павел
— Да… Узаконенная коррупция.
Марк Анатольевич
— То есть, узаконенная коррупция — это уже не коррупция!
Павел
— Да. Но у них всё равно волнения там есть потихоньку.
Марк Анатольевич
— Естественно. Протест-то у трудящихся есть, другое дело, что он не организован и не переведён в русло классовой борьбы. Нет силы, которая занималась бы этим. Нет пролетарской
партии.
Павел
— То есть, я так понимаю, что любыми экономическими вещами они ничего не решат.
Марк Анатольевич
— Конечно.
Павел
— Если не «убьют» идеологию в массах. Вот это самое главное.
Марк Анатольевич
— Естественно. Их задача — любыми путями раздробить протест, чтобы этот протест шёл против отдельных проявлений капитализма, а не против капитализма, как общественно-экономической формации. Чтобы он не перешёл в русло классовой борьбы трудящихся против буржуазии.
Павел
— Национальная, религиозная — какие угодно!
Марк Анатольевич
— Да всё, что угодно!
Павел
— Гендерная.
Марк Анатольевич
— Понятно. Ещё вопросы есть ко мне?
Анжелика
— Да, Марк Анатольевич. Смотрите, получается, я сегодня слушала эту передачу и там они говорили… вот Вы сегодня сказали «конвергенция», и они говорили про северную Европу, и они говорят, что вот там социализма больше достигли, чем, вот, мы при социализме. Они конвергенцию там… это самое… Но, она же ничего не решает в итоге?
Марк Анатольевич
— В том-то и дело, самое смешное. Дело в том, что, по сути дела, экономика Скандинавии держится на гастарбайтерах, на людях, которые не пользуются никакими правами — ни социальным пакетом, в подавляющей массе своей. Отдельные примеры — это исключение. У них нет права на отпуск, у них нет права на лечение, ничего нет!
Анжелика
— Это как на северном Кипре. Там ни на что нет права, право только тратить деньги, а без них…
Марк Анатольевич
— Скоро там будет федеративное государство на Кипре. Северный и южный Кипр объединятся в федерацию.
Георгий
— Марк Анатольевич, турецкая часть Кипра это Турцией и считается?
Марк Анатольевич
— Нет, это отдельное государство. Оно находится под протекторатом Турции, но это не часть Турции.
Анжелика
— Деньги там турецкие, а законы, по большей части, европейские или английские.
Марк Анатольевич
— Я ещё раз говорю, она находится под протекторатом Турции, но частью Турции она не считается. Ещё, пожалуйста, вопросы?
Голос
— У меня ещё есть вопрос. Вот промкооперация, она от поздних кооперативов чем отличалась?
Марк Анатольевич
— Дело в том, что промкооперации запрещено было иметь сверхдоход. Она платила налог с оборота. То есть у неё каждый день снимали кассу инкассаторы, зачисляли на их счёт, но от налогов они скрыться не могли. Это раз. Второе. Они обязаны были работать по законам советского государства. У кооперативов, которые организовал Горбачёв, были совершенно иные принципы работы и другие виды налогов. На территории этих кооперативов не действовало советское законодательство и они платили налог на добавленную стоимость. Платили, там, социальные какие-то, но, как говорится, практика работы этих кооперативов это «конверты». Если промкооперация при Сталине была абсолютно прозрачной, поскольку каждый день снималась касса и оборот был ясно виден, то здесь проверить толком было ничего нельзя, так-как советское законодательство на эти кооперативы, касающееся законов о социалистическом предприятии, на них не действовало, не работало. Понятно?
Голос
— То есть, прибыли промкооперации зачислялись в общенародный фонд потребления, да?
Марк Анатольевич
— Нет. Дело в том, что там… Я ж говорю, что они платили налог с оборота. Все остальные деньги принадлежали им. Там они решали на общем собрании кому и как распределять деньги, они устанавливали зарплату, там, директору, управленческому аппарату и дальше деньги делили работники между собой, по расценкам, и так далее, и тому подобное.
Голос
— Ну, то есть, всё равно тенденции капиталистические, то есть на прибыль работали практически?
Марк Анатольевич
— Да. Именно так. Но, по крайней мере, они заполняли определённую нишу. Три четверти страны одевала, обувала и снабжала мебелью промкооперация. Промкооперации принадлежали различного рода предприятия, которые изготавливали продукты питания или музыкальные инструменты. Вот у нас фабрика была, пианино «Десна». Дело в том, что социалистическая экономика сосредоточилась на подготовке к войне: война была видна, война была ясна и надо было максимально усилия напрягать для подготовки новых систем вооружения, для подготовки армии и так далее. Времени не было этим заниматься. То, о чём я вам говорил. Ещё вопросы?
Павел
— Из передачи, ещё для них сложностью оказалось большой, из уст Соловьёва, они не могут определить что такое «средства производства», оказывается. Я как раз хотел ещё спросить, Марк Анатольевич, а вот в геополитическом масштабе почему они сейчас вот запустили эту шарманку?
Юрий
— Все эти темы с одной задачей — перехватить внутри России социалистическую тему, тему о социализме.
Павел
— Коммунистическую.
Юрий
— Для нас коммунистическую, а для них социализм — отдельный строй… Поэтому они эту тему раскручивают, они её озвучивают и поют, так сказать: дают свою трактовку всему и вся. Именно в этой теме. Но! При этом не упоминают ни советскую власть, ни коммунистов. То есть, фактически, они стараются показать, что «Мы в этой теме понимаем, разбираемся: слушайте нас! Мы вас поведём!».
Павел
— Ну, да. Они вместо «социалистический» говорят «социальный», «социалист».
Анжелика
— Да даже если они и говорят «социалистический», что они сравнивают? Переходный период и экономическую формацию, а не капитализм с коммунизмом.
Павел
— Интересно, а прокатит у них эта волна?
Анжелика
— Павел, у нас столько много бестолковых. Гляньте на Украину.
Павел
— Почему? А кружки-то марксистские растут.
Юрий
— А толку-то от этого? Ты посмотри: кто, что да как? Они могут теорию зубрить, среди ночи встанут и назубок всё оттарабанят, но применительно к сегодняшнему дню они смогут применить или не смогут? Вероятнее всего, и уже не однократно, можно сказать, что они это не могут делать! У них нет такого навыка. А этот навык он на практике прививается, а не в теории в кружке. Вот в чём дело.
Марк Анатольевич
— Есть ещё вопросы ко мне? Значит, тема следующей передачи, чем мы с вами займёмся. Мы займёмся с вами разборкой вопроса, какой сейчас период капитализма на территории Земного шара, в чём выражается этот вид капитализма, каковы его противоречия? Прошу на эту тему внимательно прочитать мою статью «Либералный глобализм». Вопросы?
Павел
— Марк Анатольевич, хотел спросить: почему они вот эту волну затеяли с подменой именно сейчас, если в глобальном масштабе смотреть?
Марк Анатольевич
— А Вам не понятно?
Павел
— Это связано с мыльным пузырём финансовым капиталом ростовщиков?
Марк Анатольевич
— Не только, не только. Это связано с множащимися протестами. Везде. Вы посмотрите, что происходит в Шотландии, что происходит в Штатах, что происходит в Германии? Обратите внимание. Не случайно в этой передаче говорилось о крахе «капитализма западного образца», ведь там протесты множатся, и любыми путями. Ведь там же всё время приводятся и соответствующие высказывания таких деятелей, как Вебера, Хайдегера и прочее, и прочее, и прочее. Любыми путями. Эта передача не только для нашей страны, поверьте мне — их хорошо смотрят (Соловьёва) и по всему миру. Дело в том, что капитализм зашёл в тупик, Павел. Он может обеспечить нормальное существование десяти процентам населения Земли, а девяносто процентов населения Земли не хотят жить в беспросветной работе на капитализм. Вот в чём главная причина, что засуетились эти капиталисты по всем фронтам. Есть ещё вопросы?
Всем спасибо.

comments powered by HyperComments