Либерализм vs свобода?

48

Аннотация
Меня моя «азиатская» идентичность устраивает. Не привлекает никакая партийность как ограничение моей свободы. Оспариваю аргументы, но не спорю с их выразителями. Стремлюсь к тому, чтобы критический подход максимально сближал мою картину реальности с действительностью. Я – за свободу!
Предлагаю несколько тезисов.

* Семантические поля иностранного термина «либерализм» и русского слова «свобода» имеют мало общего.
Либерализм не равен свободе, поскольку свободу подменяет освобождением, в котором нуждается тот, кто несвободен.
* Доминирование либерализма в современном мире привело к кризису идентичности: цивилизационной, культурной этнической, религиозной, половой. Если у субъекта смазать или отнять идентичность, он перестаёт быть субъектом, состояние свободы для него перестаёт быть актуальным.
* Визуальная символика либерализма связана с античными хтоническими персонажами, то есть с существами, лишёнными созидательного начала, но соперничающими с Демиургом.
* Кроме такой апелляции к античности, либеральный мейнстрим, как и нацизм, обнаруживает связь с радикальной гностической традицией двух последних тысячелетий, одним из проявлений которой стал протестантизм.

Начнём с актуального.

В июне 2019-го президент Владимир Путин в интервью газете Financial Times заявил о конце эпохи либерализма. «Либеральная идея» «пережила свою цель», когда общественность выступила против иммиграции, открытых границ и мультикультурализма, а либералы, по его словам, в последние десятилетия пытались диктовать миру свою волю, но совершили много трагических ошибок.

Одним из критиков либерализма является Русская православная церковь, поскольку, как заметил в своём выступлении в Киево-Печерской лавре 29 июля 2009 года патриарх Кирилл, исторически либерализм ставил «перед собой задачу бороться с тиранами, с тиранией, под которой подразумевались монархия и Церковь». Противоречия углубились с возникновением постмодернистского либерализма. Патриарх считает размывание понятий добра и зла прямым следствием постмодернистского либерализма, а в исчезновении различий между добром и злом он видит признаки апокалипсиса. В дополнение к этому 15 октября Патриарх Московский и всея Руси заявил, что либерализм — это «в каком-то смысле» греховная идея, потому что предполагает поставление в центр жизни самого человека, а не Бога.

Затем, 18 октября, на эту тему высказался первый замглавы синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ А. Щипков на заседании Всемирного русского народного собора. «Либеральная идея чужда русскому менталитету и не идёт во благо русскому народу… Русским не полезен либерализм, ни в консервативной упаковке, ни в социальной. Кастовая модель общества и возможность одних выживать за счет других не совпадают с тем, что написано в Евангелии. Нам нужен ценностный традиционализм, который соответствует нашей идентичности».

Обсуждение либерализма актуализируется СМИ. Как бы то ни было, анализ либерализма на этом фоне рискует отразить пристрастность, неважно, pro или contra. Постараемся воздержаться от этого.

Так или иначе, в разных нарративах на русском языке либерализм отождествляется со свободой. Однако, по моему мнению, это либо заблуждение, либо навязываемый нам когнитивный диссонанс.

«Свобода» (из этимологического словаря Л. В. Успенского). Слово близко к «свой» и к корню «соб-» («особый», «собственный»). В начале своей жизни оно значило примерно: состояние того, кто является своим собственным, т. е. ничей раб, не невольник».

«Либерализм —от лат. liberalis — свободный — философское и общественно-политическое течение, провозглашающее незыблемость прав и личных свобод человека.

Либерализм в общем — стремление к свободе человеческого духа от стеснений, налагаемых религией, традицией, государством и т. д., и к общественным реформам, имеющим целью свободу личности и общества. При этом возможности государства и церкви влиять на жизнь общества ограничиваются конституцией» (из «Википедии»).

Для русского сознания свобода — состояние. Либерализм же декларирует необходимость процесса освобождения, в том числе от старой обременяющей идентичности. Субъект из одного состояния переходит в другое редко одномоментно. Сначала старая идентичность размывается. Человек и общество с размытой идентичностью неизбежно ослабляют свою субъектность. Тот же, кто слабо субъектен, теряет волю и перестаёт быть свободным. Кто знает, каких вирусов и инфекций ему надует из «окон Овертона»? В тисках этого парадокса высок риск попадания в «муравьиную мельницу» или — «карусель смерти».

Эту коллизию чутко уловил Иван IV Грозный. Либерализм Просвещения так или иначе был связан с феноменом протестантизма. Мартин Лютер считал волю человека бесконечно малой от абсолютной свободной воли Бога. Свобода воли человека, с его точки зрения, — иллюзия, она проявляется лишь по отношению к тем, кто стоит ниже человека на лестнице существ. От зла воля не может удержать человека, его спасение — лишь вера (тезис «оправдания верою»). В Посланию Яну Роките Иван Грозный, напротив, указывал, что спасение в свободной воле человека, в его «самовластии». «Самовластие» у него — понятие, противоположное «самоволию». «Самовластие» — возможность распоряжаться собой, свобода, а «самоволие» — способность уклоняться от «истинного пути». Царь этот, разумеется, не был кротким зайчиком, но в ряду европейских и османских правителей-современников тянет на роль мальчика из церковного хора. Его возмутила Варфоломеевская ночь, и он давал убежище в Москве беглым протестантам и католикам. На российских ток-шоу носители либеральных идей нередко обличают «традиционалистов» в любви к «самому страшному тирану всех времён и народов» и следовательно, в апологии «традиционно присущего» посконной русской ментальности преклонения, перед тиранами.

Те, которые считают себя приверженцами либерализма, принадлежат к разным направлениям внутри общей системы ценностей.

Так, например, «Либеральный фундаментализм» с его низведением роли государства ниже плинтуса отвергает даже известный финансист, либерал и антикоммунист Джордж Сорос. В своей книге «Кризис мирового капитализма» он на основе анализа потрясений в мировой финансовой системе высказывает мнение, что невмешательство государств в регулирование экономических процессов не только не создаёт наилучших условий экономического развития, но и приводит к катастрофическим последствиям.

Истоки социокультурного стиля современного либерализма

Стоит заметить, что латинское прилагательное liberalis образовано от имени собственного. Либер был римским богом плодородия земли и в своем качестве бога вина и виноделия отождествлялся с Вакхом. Он принадлежал к числу древнейших римских богов, а главный его праздник приходился на 17 марта; в этот день римские юноши впервые надевали мужскую тогу, что было частью инициации.

Сейчас на эту дату падает День святого Патрика (день его кончины), когда, как сообщают поклонники этой традиции, во время торжественного массового шествия «ничто не покажется чересчур кричащим или безумным». Забавное совпадение.

В общем, либералии или вакханалии в Древнем Риме были оргиастическими и мистическими празднествами. Проводились тайно, под покровом ночи, первоначально их посещали только женщины, которые собирались в роще Симилии возле Авентинского холма 16-го и 17-го марта для «соединения с богом». Позже на церемонию стали приходить и мужчины. Празднества эти соединяли дикий разгул с экстатическими танцами и нередко сопровождались элементами насилия.

Государство в лице Сената выступало в качестве противника вакханалий. Несмотря на тяжёлое наказание, налагаемое на нарушителей, вакханалии не были искоренены.

О феномене карнавала

«В теории М. Бахтина суть карнавала сводится к «инверсии двоичных противопоставлений»: королем объявляется шут, епископом — сквернослов и богохульник, верх становится низом, голова — задом и половыми органами (материально-телесный низ, по терминологии Бахтина). Концепция карнавала М. Бахтина и весь комплекс идей, с ней связанных, в свое время стали очень популярны у советской гуманитарной интеллигенции. В этом был некий дух диссидентства, противостояния советской власти, ощущение свободы. Но этот настрой оказался принципиально несовместим с христианским пониманием человека и его свободы» (С. Гурин. Концепция карнавала М. Бахтина и теория архаического праздника В. Топорова).

«Переход грозит лишиться смысла, если теряет темп, а вместе с ним живое ощущение собственной временности.
Итак, переход — но от чего к чему? Вслед за Бахтиным скажем: от некоторой несвободы к некоторой свободе. Разумеется, такая аксиома характеризует пока не столько феномен смеха, сколько наши интересы при занятии смехом. Как отправной пункт аксиома годится. Но в связи с ней необходимо сейчас же сделать два замечания.
Во-первых, переход к свободе по определению — не то же самое, что свобода, что пребывание «в» свободе. Смех — это не свобода, а освобождение; разница для мысли очень важная… Свободный в освобождении не нуждается; освобождается тот, кто еще не свободен» (С. С.Аверинцев. Бахтин, смех, христианская культура.).

Я знакома с некоторыми участниками протестов, организованных этим летом либерал-националистом А. Навальным. Эти люди придерживаются либеральных взглядов, но почему-то не разделяют его вкусы в области проведения свободного досуга в обществе нагих трансгендеров.

Символика и смысловые коннотации

Символика либерализма, восходящая к античности, нашла своё проявление в культуре итальянского Возрождения. Любопытна скульптура «Свобода поэзии» с короной лучей, напоминающих лучи из головы древнегреческой богини Гекаты. Затем эта символика была подхвачена лидерами Великой французской революции. На государственной печати Французской республики не Марианна во фригийском колпаке, а Геката. Очевидно, что апелляция к античному язычеству была необходима революционерам для отрыва от христианской традиции, а точнее, католического клерикализма.

Геката —древнегреческая богиня лунного света, преисподней, всего таинственного, магии и колдовства. Была богиней смерти, ведьм, ядовитых растений и многих других колдовских атрибутов.

Атрибуты этого же языческого персонажа мы видим вокруг головы известной статуи Свободы в Нью-Йорке. Статуя Свободы (Statue of Liberty), полное название — «Свобода, озаряющая мир» (Liberty Enlightening the World). Была сооружена как подарок США от Франции ко Всемирной выставке 1876 года и столетию американской независимости. Семь лучей на короне статуи символизируют семь морей и семь континентов.

Возможно, в современном Иране связь образа Свободы с богиней смерти обнаружили раньше меня, а иранская монументальная карикатура на главный символ США несёт и более глубокие онтологические аллюзии. Американская «Свобода, озаряющая мир» в монументальных граффити предстаёт в образе смерти: так иранцы завершают этот гештальт.

Либерализм и демократия

Изначально идеи либерализма и демократии не только существенно отличались, но и находились в противоречии друг с другом.

«У либералов и демократов существенно различны коренные желания, основные побуждения. Демократы имеют в виду по возможности уничтожить преобладание высших классов над низшими в государственном устройстве, с одной стороны, уменьшить силу и богатство высших сословий, с другой — дать более веса и благосостояния низшим сословиям.
Напротив того, либералы никак не согласятся предоставить перевес в обществе низшим сословиям, потому что эти сословия по своей необразованности и материальной скудности равнодушны к интересам, которые выше всего для либеральной партии, именно, к праву свободной речи и конституционному устройству.
Демократ из всех политических учреждений непримиримо враждебен только одному — аристократии; либерал почти всегда находит, что только при известной степени аристократизма общество может достичь либерального устройства. Потому либералы обыкновенно питают к демократам смертельную неприязнь, говоря, что демократизм ведет к деспотизму и гибели для свободы» (Н. Г. Чернышевский. Борьба партий во Франции при Людовике XVIII и Карле X).

Поворотным моментом стала работа Алексиса де Токвиля «Демократия в Америке» (1835 г.), в которой он показал возможность общества, где личная свобода и частная собственность сосуществуют с демократией.

Американская Война за независимость привела к возникновению первой нации, которая разработала конституцию на основе идеи либерального государства, в особенности идеи, что правительство руководит государством с согласия руководимых.

В области официальной внешней политики США придерживались изоляционизма вплоть до конца Первой мировой войны по принципу, провозглашённому Томасом Джефферсоном: «Свободная торговля со всеми; военные альянсы ни с кем». Однако президент Вудро Вильсон вместо этого выдвинул концепцию коллективной безопасности: противостояние странам-агрессорам с помощью военного альянса и превентивное разрешение конфликтов в Лиге Наций. Идея поначалу не нашла поддержки в Конгрессе, который не позволил США вступить в Лигу Наций, однако возродилась в виде ООН.

Либертарианцы

Таковыми считают себя некоторые соратники президента Украины В. Зеленского. Либертарианская философия является наследником классического либерализма, основанного на идеях свободы, права и собственности. Её сторонники критикуют современный демократический либерализм, указывая на невозможность совмещения демократии и прав собственности, а также на невозможность надлежащего обеспечения прав и свобод при отсутствии собственности.

Либерализм третьего поколения

Его целью является борьба против сосредоточения власти, материальных ресурсов и технологий в группе развитых стран. Активисты этого течения делают упор на коллективном праве общества на мир, на самоопределение, на экономическое развитие и на доступ к общечеловеческому достоянию (природные ресурсы, научные познания, культурные памятники). Эти права относятся к «третьему поколению» (термин «права человека третьего поколения» ввёл в 1979 году Карел Васак, чешский юрист и первый генсек Международного института прав человека в Страсбурге) и нашли отражение в статье 28 Всеобщей декларации прав человека. Защитники коллективных международных прав человека также уделяют пристальное внимание вопросам международной экологии и гуманитарной помощи.

Вульгарный вывод прост: у России слишком много ресурсов, и это несправедливо.

Европарламент и либерализм. Тоталитаризм и коллективизм

С точки зрения либерализма и социализм, и фашизм стремились к государственному контролю над экономикой и централизованному регулированию всех аспектов жизни общества, и эти общие черты объединяли коммунизм, фашизм и нацизм в единую категорию — тоталитаризм. В свою очередь, либерализм начал определять себя как противника тоталитаризма и рассматривать последний как наиболее серьёзную угрозу для либеральной демократии.

Указанная выше параллель между различными тоталитарными системами вызывает резкие возражения противников либерализма, которые указывают на существенные отличия фашистской, нацистской и коммунистической идеологий. Если нацисты и фашисты апеллировали к античным хтоническим традициям, то у коммунизма можно обнаружить связь с пусть еретической, но всё же христианской хилиастической идеей. Хилиазм — богословское понятие (теория), представления в рамках христианской эсхатологии о «периоде торжества правды Божьей на земле», в котором Иисус Христос и христиане будут править миром на протяжении 1000 лет.

Достаточно в качестве примера привести нацистские ночные факельные шествия, отряды «Мёртвая голова» (SS-Totenkopfverbände, SS-TV) и, в противовес этому мраку, воспевание утра, солнца, жизни — в советском искусстве. Современный бандеровский триумф «воли» в Киеве и атака одновременно — на советское наследие и на православие — убедительно подтверждают эти имманентно присущие нацизму черты.

Однако фон Хайек и другие либеральные мыслители настаивали на фундаментальном сходстве всех трёх систем, а именно: все они основаны на государственной поддержке неких коллективных интересов в ущерб интересам, целям и свободам отдельного гражданина. Это могут быть интересы нации — нацизм, государства-корпорации — фашизм или интересы «трудящихся масс» — коммунизм. Иначе говоря, с точки зрения современного либерализма и фашизм, и нацизм, и коммунизм есть лишь крайние формы коллективизма. Именно этот подход и стал главной причиной голосования 19 сентября 2019, когда депутаты Европарламента приравняли нацистский и коммунистический режимы друг к другу, приняв резолюцию «О важности европейской исторической памяти для будущего Европы».

Суть документа свелась к тому, что ключевым событием Второй мировой войны является подписание пакта Молотова — Риббентропа, поэтому нацистский режим Германии и коммунистический режим СССР можно приравнять друг к другу и рассматривать как причину развязывания войны по всей Европе.

Создаётся впечатление, что европейские либералы поспешили обвинить коммунизм, чтобы закрыть дискуссию о связи самого либерализма с культом смерти. Кстати, я не собираюсь защищать коммунизм, просто не люблю, когда мне морочат голову, кастрируя сложный исторический феномен до абсурдной карикатурности.

Либерализм в современной России

Свод основных политических принципов Liberal International cоставлен на Международной либеральной конференции в Уадхем колледже (Оксфорд) в апреле 1947 года.

Через пятьдесят лет, в 1997-м, Liberal International возвратилась в Оксфорд и выпустила дополнение к оригинальному манифесту, названному Либеральной Повесткой дня в течение 21-го века, описав Либеральную политику более подробно. Второй Оксфордский Манифест был принят 48-м Конгрессом Liberal International.

В России к разным, а иногда и противоборствующим стратам внутри либерализма принадлежат партия «Яблоко», ПАРНАС, «Партия Роста», Демократическая партия, «Гражданская платформа».

В рамках научно-практической дискуссии интересен проект сотрудников НИИ ВШЭ «Либеральная повестка в 21-м веке». Он предполагает проведение серии мероприятий для анализа современных вызовов для либерализма в России и Европе и поиска современных ответов на них. Итоги проекта будут представлены на международных конференциях в Москве и Брюсселе. Инициативной группой в 2016 году опубликован Манифест «Быть современными европейцами в нынешней России». Цитата:

«Координационный совет Экспертной группы «Европейский диалог»

25 лет назад Россия освободилась от советского строя для того, чтобы примкнуть к цивилизованному миру. За прошедшее время кое-что удалось. Появились фрагменты рыночной экономики. Мы можем свободно перемещаться за границу, не запрашивая на то разрешения у власти. Но, как теперь стало ясно всем, кто всерьёз, а не на словах, хочет сделать Россию страной, которую уважают за свободу развития человека, мы сбились с выбранного в 1991 году пути.

Вместо открытости к миру наша страна погружается в пучину изоляционизма, ксенофобии и клерикализма. Вместо поощрения самостоятельности личности в России снова расцветает патернализм и двоемыслие. Вместо реальной политической конкуренции в борьбе за власть у нас сформировалось раздувшееся до неимоверных размеров государство, основанное на несменяемости правящей группы. В стране происходит настоящая промывка мозгов, через подконтрольные властям основные СМИ. Такая измена идеалам, лежавшим в основе провозглашённой 25 лет назад новой России, не могла не привести страну к системному кризису».

Я — за цивилизованный мир, в котором цветут все восемь живых цивилизаций, включая русскую. Слабо смыслю в экономике, а «невидимая рука рынка» для меня — метафора слишком абстрактная, как квадратный трёхчлен для Василь Иваныча.

Меня моя «азиатская» идентичность устраивает. Не привлекает никакая партийность как ограничение моей свободы. Оспариваю аргументы, но не спорю с их выразителями. Стремлюсь к тому, чтобы критический подход максимально сближал мою картину реальности с действительностью. Я — за свободу!

Автор: Каринэ Геворгян
Статья в редакцию передана автором.

comments powered by HyperComments