Учебники для «белых» адвокатов

215

В пятницу, 27 октября, в Магнитогорске состоялась презентация девятой «Книги памяти жертв политических репрессий города Магнитогорска и прилегающих сельских районов 1920-1953гг.» за авторством историка-краеведа Геннадия Васильева.

Что же, о том кто такой Геннадий Васильев и чем он последние тридцать лет активно занимается можно прочитать в статье «Наследники Солженицына» за 15 октября сего года (https://ledokol-ledokol.livejournal.com/300952.html).

Если сказать вкратце, то Васильев магнитогорский краевед, который ведет целенаправленную работу по дискредитации всего советского прошлого, а особенно эпохи до смерти Сталина.

Чтобы глубже понять направление деятельности и в общем посмотреть на этого человека воочию я отправился на презентацию очередной книги памяти. На втором этаже, перед входом в читальный зал, где готовилось мероприятие, помимо гостей и телевизионщиков, жадно внимающих каждому слову исследователя, стояли столы с некоторыми изданиями книг памяти для ознакомления. Схватив первую попавшуюся, а ей оказалась книга №5, я вошел в зал, занял место во втором ряду и стал листать сей труд. Не вижу особого смысла пересказывать полностью даже то немногое, с чем я успел ознакомиться за полчаса до начала презентации, но пару слов скажу. Структурно книга делится на две части. В первой части приводятся уголовные дела и в общем истории репрессированных, с комментариями автора в духе: «Ну как так можно». Вторая часть представляет собой алфавитный указатель репрессированных лиц с краткой информацией по ним.

Начало книги замечательно удобрено хвалебными оценками трудов Васильева отдельными людьми и организациями, причем для того, чтобы читатель не усомнился в достоверности этих оценок, приведены копии бумаг с подписями и печатями. После этого «вместо предисловия» приведены отзывы потребителей предыдущих изданий. Например, Иванова Екатерина четырнадцати лет пишет о том, что она узнала из этой книги о жизни предков: «И мы, их праправнуки, гордимся тем, что мы их потомки и благодарны им за свою жизнь». На мой взгляд, это характеризует тех, на кого направлена деятельность Васильева — на тех, кто иного источника для гордости, кроме знатного/драматичного происхождения, не имеет.

Первая глава начинается со слов: «Не секрет, что в годы массовых репрессий уголовные дела «стряпались» и «шились» без каких-либо моральных принципов, без зазрения совести, без опоры на уголовно-процессуальные нормы, существовавшие в те годы, не говоря уже об общечеловеческих нормах и ценностях». Для кого «не секрет»? Для меня вот, 25-летнего Максима, еще какой секрет — я не могу заглянуть в головы, так называемым «швецам» и узнать их нравственный уровень. А вот для 14-летней школьницы Екатерины, эта информация не должна быть секретом. По поводу уголовно-процессуальных норм совсем сказка — зачем они вообще были нужны советскому правительству, остается загадкой. Про общечеловеческие ценности можно прочитать заметку Алексея Попова «Гуманность капиталистической идеи» за 3 марта (https://ledokol-ledokol.livejournal.com/238850.html), здесь этот термин приводится для тех же целей. Отмечаю красным, что данная работа исторической называться не может, потому что постоянно обращается к эмоциям читателя, что также будет видно из выступления автора. Книга памяти — идеологическое произведение.

«Все началось с расказачивания, — заявляет историк. — Большевики страшно боялись казаков и поэтому первый и главный удар они направили на казачье руководство».

Казачество вообще проходит рефреном через все творчество Васильева, ведь  его прапрадед и  двоюродный прадед поочередно были атаманами казачьей станицы до и после революции соответственно. Видимо поэтому Геннадий Александрович выдает казачество как защитника и изъявителя народной воли, как народообразующую единицу. Если говорить исключительно о красном терроре, замалчивая белый, не упоминать гражданскую войну, то такая картина может сложится у слушателя. А белый террор был, и война между классами была тоже.

«В Краснинске (Верхнеуральский район) в 1920 году в один день было арестовано 65 человек, 20 человек приговорены к высшей мере наказания и через пять дней расстреляны, — еще одна «показательная» история. — Остальные получили от семи до десяти лет концлагерей. КОНЦЛАГЕРЕЙ, которые существовали до середины 1920-х!»

За что арестовано? Ни для кого не секрет? В интернете есть статья того же  Васильева (http://magmetall.ru/contribution/22488.htm), где уточняется, что арестованы были казаки, расстреляно уже не двадцать, а двадцать пять человек и сроки получили от пяти до десяти лет. Для историка, хоть трижды буржуазного, подобная вольность с цифрами была бы не допустима, но наш герой выше этого. А какой простор для воображения оставляет речь! Пришли большевики и расстреляли всех мужчин, а женщин и детей отправили в какой-нибудь Майданек. Да, именно с лагерями смерти и концлагерями типа Дахау третьего рейха, со всеми вытекающими ужасами, в нашей стране ассоциируется слово концлагерь и Васильев знает это, Васильев пользуется этим. О том, что в России концлагеря появились во время Первой мировой войны, а в гражданскую были использованы по назначению «богоспасаемыми» казаками говорить не нужно. То, что война гражданская — это именно война, краевед предпочитает оставить за скобками. То, что концлагерь не равен массовым убийствам, объяснять излишне.

Далее Геннадий Александрович приводит несколько уголовных дел, которые завершились расстрелом: «Это что — демократия, это что — власть народа?». Потом он оговаривается, что, конечно, они были недовольны, потому что могли сравнить царское время и нынешнее, высказывали недовольство режимом, кто-то донес и всех расстреляли. Картина маслом! И не Волгу, а сто рублей, и не выиграл, а проиграл. Следующим шагом в этом деле может быть только то, что, дескать, да, осужденные собирались устроить диверсию на производстве, но стучать же не хорошо, да и власть плохая — невиновны!

Во время выступления Васильев не обошел материальную сторону вопроса своих исследований. По его словам тираж в 50 экземпляров ему обходится в 200 тысяч, и это, не считая работы над книгой. Власть его не поддерживает и ведет себя пассивно по отношению к затрагиваемому им вопросу, даже противодействует благим начинаниям.

«Теперь я понял, что не дождусь финансовой поддержки от властей, поэтому мне уже не стыдно сесть с шапкой и просить милостыню, — выразил главную идею этого мероприятия историк. — Уважаемые земляки! Кто, сколько может, пожертвуйте 30 рублей, 50 рублей, для того чтобы сохранить этот проект».

Слава богу, выступление длилось недолго. После Геннадия Васильева выступили  по очереди председатель автономии татар города Магнитогорска, заместитель председателя городского союза ветеранов города Магнитогорска, профессор МГТУ и местный писатель. Естественно все благодарили краеведа за самоотверженный труд, писатель даже отправил запрос на вручение ордена борцу. Председатель союза ветеранов высказался с позицией «и вашим и нашим», а профессор МГТУ, посмотрев на меня сказала, что мы собрались здесь не для того, чтобы углубляться в историю (я задал два вопроса: один про февральскую революцию, а второй про расказачивание и так как внятных ответов я не получил, приводить их в тексте не буду, слушайте запись), а для того, чтобы почтить память жертв репрессий. Замечательно.

Заключительным аккордом мероприятия явилась минута молчания.

Итак, что можно сказать обо всем этом балагане? Во-первых, очень радует, что такие мероприятия практически не интересны не только для молодежи, но и для зрелых людей. Если не считать приглашенных соратников краеведа и трех-четырех человек трудоспособного возраста, зал был заполнен стариками. Во-вторых, Васильев утверждает, что у него финансовые трудности и просит помощи. Если верить на слово, то его деятельность подобралась к некоему порогу востребованности, с другой стороны такое заявление есть прямой призыв к аккумуляции еще больших денежных средств за счет граждан и следовательно более эффективную борьбу «казаков с Чапаем». Оба варианта не радуют — Васильев имеет беспроблемный доступ на местное телевидение, в газеты и новостные ресурсы города, так что вовлечение народа не только состоится, но и принесет плоды. В-третьих, до этой встречи я понятия не имел, что именно предлагает использовать в качестве справочного материала Васильев — а это уголовные дела с «правильными» комментариями. То есть, школьникам предлагают, в своей исследовательской деятельности, вместо научного метода, использовать не просто белогвардейскую идеологическую интерпретацию, но и сводить историю гражданской войны и сталинского периода к персоналиям. Стоит ли упоминать о том, что для каждого осужденного в своих книгах, Геннадий Васильев находит оправдание.

Бороться и опровергать Васильева с позиций науки бессмысленно, так как его работы не имеют никакого отношения к истории. Казак-краевед не стремится познать истину, а лишь подкрепляет свою позицию удобными фактами. Говорящим примером такого поведения является его интервью (http://mgorsk.ru/text/gorod/303357.html), где он на голубом глазу заявляет, что впервые узнал правду из слухов и самиздата. Тут уж крыть нечем. Тем более, сколько бы наш герой ни дистанцировался от власти с возгласами: «Не пущают, мешают!», это не изменит того очевидного факта, что он является рупором этой власти — власти капитала, которая для оправдания той несправедливости, того уродства, создаваемого ей изо дня в день, эксплуатирует самые жалкие и неубедительные мифы о самом славном периоде нашей истории. Только официальная пропаганда научилась действовать тоньше и маскирует антисоветчину под разными соусами, а Васильев действует открыто, не стесняясь в выражениях. Что же, такие как он играют свою роль в общественном движении, неосознанно отделяя зерна от плевел, прогресс от реакции.

С буржуазной пропагандой можно бороться только пропагандой пролетарской. Товарищ, что тебе нужно? Возрождение сметенных ветром истории казаков или социальная защищенность, сметаемая метлой капитала? Ты хочешь, чтобы твои дети после урока теологии ходили на белогвардейскую историю родного края или чтобы они изучали общественные и естественные науки? Если ответ для тебя очевиден, включайся в  борьбу против буржуазной общественно-экономической формации.

Максим Потапов

comments powered by HyperComments