История возникновения Аль-Каиды и ИГИЛ

6

Интервью бывшего руководителя израильской спецслужбы Натив — Я.И.Кедми.

Интервьюирует член оргбюро Союза коммунистов — М.А.Соркин.

Тема: Международный терроризм на современном этапе. Интервью записано для журнала «Военно-промышленный курьер» и выложено СК в свободный доступ, плюс расшифровка.

Часть 1
Международный терроризм на современном этапе
Марк Соркин:
— Здравствуйте уважаемые читатели и зрители информагентства Ледокол.
Тема нашей сегодняшней беседы Международный терроризм на современном этапе. Как мировое сообщество реагирует на этот терроризм, как проходила встреча министров иностранных дел в Вене и заседание двадцатки наиболее развитых экономик мира в Анталии. Наш собеседник наш постоянный эксперт, очень видный политолог мирового уровня, бывший руководитель израильской спецслужбы Натив Яков Кедми. Здравствуйте, Яков Иосифович.
Яков Кедми:
— Добрый день.
Марк Соркин:
— Итак, вопрос первый. Международный терроризм. Почему именно в последние 25 лет произошла эта вспышка? Чем она вызвана?

Яков Кедми:
— Вспышка террора не произошла в последние 25 лет. Она произошла раньше, ХХ век был полон террора. Обычно террор распускается там, где существует с одной стороны какие-то конфликты, а с другой стороны слабеет власть и общество и государство выходят из состояния стабильности. Но если в прошлом террор был больше на почве национальных конфликтов, каким был, например, ирландский террор, или идеологических конфликтов применение террора, как средство достижения своих политический целей, разного рода ультралевые троцкистские террористические группы, которые гуляли по Европе, то сейчас основной вид террора, с которым мы сталкиваемся это исламский террор. То есть это террор экстремистских религиозных исламских течений, которые пытаются достигнуть своих целей. Рассвет его в последние 25 лет является результатом дестабилизации положения как в Африке, так и на Ближнем Востоке и так же на азиатском континенте. Если мы посмотрим за его развитием, то развитие террора началось во время советского вторжения в Афганистан. Власть в Афганистане была шаткая, шаткая она была не по вине Советского Союза, но воспользовавшись войной в Афганистане, умные люди на Западе решили поддерживать террористические организации, религиозные исламские, как один из инструментов в борьбе с советскими вооруженными силами в Афганистане. Тем самым они дали базу для создания довольно эффективной террористической организации.
Марк Соркин:
— Вы имеете ввиду Аль-Каиду?
Яков Кедми:
— Нет. Я имею ввиду Аль-Каиду, но немного в другом ключе. Если до этого была создана в соседнем Пакистане террористическая организация государством, то есть Пакистаном, вернее военной разведкой Пакистана с целью дестабилизировать обстановку в индийском Кашмире, то на базе этой террористической организации, которая должна была действовать террором, но под эгидой государства (этим государством был Пакистан) против другого государства, которое называлось Индия. В спорном районе, который был чреват религиозным конфликтом с мусульманским населением, но под властью Индии и вот на базе этой террористической организации Соединённые Штаты вместе с англичанами решили организовать и усилить борьбу против советской армии в соседнем Афганистане. То есть первая террористическая организация серьёзная, которая была создана для других целей, но она была создана. Это был первый грех. Её стали использовать в соседнем государстве, поскольку условия подходили, в Афганистане против советской армии.
Эта организация с самого начала отличалась серьёзной мусульманской индоктринацией, но на это никто не обратил внимания, считали даже положительным, что присоединение к этой организации носит лозунг универсальный борьбы правоверных с неверными. То есть вторжение Советского Союза, участие в Афганистане объяснялось довольно примитивным представителем мусульманского движения во всём мире, как борьба мусульман против неверных, идите защищать мусульман. Всё остальное никого не интересовало, ни афганский народ, ни его будущее, ни его настоящее. И это было второе преступление по отношению к мировому сообществу и к самим мусульманам.
То есть на этой базе, поскольку присоединились к Талибану люди, обладающие экстремистской религиозной идеологией, Талибан начал принимать всё более и более агрессивные, всё более и более фундаменталистские формы ислама. Но это была боевая организация. Присоединение к ней Бен- Ладена и людей, обладающих значительными капиталами, поддержка Саудовской Аравии (ведь поддерживали почти все мусульманские страны движения, террористические группировки, которые воевали против советской армии), создало базу, на которой возникло новое движение.
Уже после того, к уходу советских войск из Афганистана, когда афганская проблема уже была фактически кончена, решена тем или иным способом, тогда на базе тех, кто воевал на стороне Талибана и была создана Бен-Ладеном новая экстремистская террористическая организация Аль-Каида. Организация эффективная, которая пользовалась поддержкой Запада, Соединённых Штатов и Великобритании, они не только давали им оружие, но и обучали их солдат, особенно англичане.
Дальше эта организация приняла участие в двух конфликтах. Один это в Балканском конфликте на стороне боснийцев и это было принято положительно, потому что и Соединённые Штаты, и Великобритания, и весь Запад довольно положительно относились к тому, чтобы была расчленена Югославия и при этом нанести как можно больше ущерба сербам, которые рассматривались у них, как основной сторонник Советского Союза. Советский Союз уже почти перестал существовать, потом перестал существовать. Новая Россия не проводила никакой международной политики, и разваливалась медленно и уверенно. И вот, несмотря на это всё, что происходило на Балканах, происходило совершенно с ясным антироссийским акцентом.
И в этом опять-таки была благосклонно принята уже помощь уже самостоятельной организации Аль-Каида, которая воевала в Боснии на стороне боснийцев. Потом немножко помогали албанцам, но албанцы на тот период не были основным игроком. Кроме того, довольно благосклонно уже самостоятельно смотрели на самостоятельное участие Аль-Каиды и Бен-Ладена в чеченской войне. То есть они поставляли боевиков, они поставляли деньги. На деньги Бен-Ладена были организованы лагеря по подготовке террористов для мирового террора. Бен-Ладен организовал в Чечне под руководством арабских инструкторов, один из них был известный Хаттаб, для подготовки террора международного. В этих лагерях в Чечне проходили подготовку террористы и из Европы, и из Китая, и из других стран для проведения терактов в Европе, в других странах. То есть тогда и была заложена практическая основа международного террора. И это всё происходило в 90е годы в Чечне с ведома и благословения всех.
После окончания чеченской войны вот те навыки и те группы, и то стремление продолжалось. Апогеем этого было применение террора Аль-Каидой уже против самих Соединённых Штатов. То есть это уродливое чудовище, этот джинн, который был выпущен из бутылки и подкреплён, с начала 2000 года вышел на мировую арену как самостоятельная сила, которая воюет для достижения целей Аль-Каиды. Тогда это был самая большая, самая организованная исламская террористическая организация. И когда это поняли, уже было поздно.
Борьбу против Аль-Каиды американцы, которые вели, они её ведут до сегодняшнего дня. То есть прошло уже 14 лет, уже были победные реляции и заявления президентов Соединённых Штатов. Уже была война в Афганистане и присутствие американский войск, Аль-Каида и ныне там. Мало того, это движение разрасталось и углублялось, и оно превратилось как бы в знамя мусульманского мира, арабского мира. Они находились в определённом тупике, на перекрёстке развития. И тут это движение, Аль-Каида, дало им цель и дало им форму для возрождения ислама так, как они это понимают.
И поэтому вдруг начали образовываться ячейки Аль-Каиды в разных местах не потому, что Аль-каида их образовывала, в этом самое страшное, а организовывались те или иные мусульманские группировки на основе местного населения, в том числе в Африке, которые заявляли Аль-Каиде Мы принимаем ваши принципы и мы присоединяемся к вам. То есть появилась первая форма интернационального исламского террора в странах мира, которые были не созданы Аль-Каидой, но они присоединились к этому движению и сделали его международным. У Аль-Каиды были свои цели захватить власть в исламском мире, исламские государства одно за другим. Им это не удалось в Афганистане, им это практически не удалось ни в одной стране мира. Но они способствовали дестабилизации обстановки во многих странах мира, в том числе и в Африке. Один из лучших примеров этого Нигерия. Боко харам, которая возникла там.
Следующим этапом, который резко усилил террор, была дестабилизация режимов на Ближнем Востоке. Все без исключения страны Ближнего Востока, кроме Израиля, эта та или иная степень авторитарного или диктаторского режима. Это необходимая, это естественная и единственная форма существования государств на Ближнем Востоке, потому что в большинстве своем государства искусственные, разноплеменные, разноконфессионные, родовые были объединены сто с лишнем лет назад теми империалистическими государствами, которые здесь владели, в основном Великобританией и Францией. Сформировались как государства, называться государствами они могут только при авторитарной или диктаторской власти. И все это понимали, понимают, и сейчас понимают еще больше, кроме американцев.
И когда начался процесс дестабилизации ближнего Востока, и самое интересное, что первая страна, которая была дестабилизирована и ликвидирована, как единое государство, практически (это был Ирак), Соединенными Штатами под знаменем борьбы с Аль-Каидой! Т.е. президент США обвинил Саддама Хусейна в том, что он сотрудничает с Аль-Каидой, хотя Саддам Хусейн воевал против Аль-Каиды. И тем самым была положена одна из основных баз для окончательного разгрома Ирака, как государства, которое существовало.
Далее дестабилизация пошла в Ливии. Далее пытались дестабилизировать обстановку, не понимая, что делают, в Сирии. И когда весь Ближний Восток с его арабским мусульманским населением превратился в организованный неуправляемый хаос. Организованный, потому что его кто-то организовал. Тогда это было открытое поле деятельности для Аль-Каиды и Аль-Каида пришла в Ирак. Она пришла на фоне борьбы суннитского населения в Ираке против шиитского, которое их угнетало, т.е. антисуннитские действия шиитских правителей в Ираке привели к тому, что к племенам, поддерживаемыми Аль-Каидой, пришли и выгнанная администрация, которая была при Саддаме Хусейне, и офицеры, и генералы армии Саддама Хусейна.
Только на определенный период, когда американские власти, которые там были, наконец-то вняли тем советам экспертов и стали платить суннитским племенам воюющим против Багдада, чтобы те не сотрудничали с Аль-Каидой, вроде бы ситуация стала стабилизироваться. Потом американцы решили, что это делать не надо и перестали им платить. А правительство Ирака решило наступать на них. И вот тогда Аль-Каида достигла более сильного развития в Ираке. А тут как раз подоспела война в Сирии. И как всегда по аналогии с тем, что было в 80-е годы в Афганистане, США и Европа благосклонно смотрели на то, чтобы в силах воюющих против Асада появились любые мусульманские организации, в том числе и Аль-Каида. И Аль-Каида пришла в Сирию.
В Сирии было организованно отделение Аль-Каиды, которая в Сирии называется Джабхат ан-Нусра. Эта сирийский вариант Аль-Каиды. И тогда Аль-Каида, как всегда, хотела захватить власть в каждой стране. К ним присоединились так же члены Аль-Каиды из Ирака. И вот один из этих членов Аль-Каиды из Ирака Альбако, решил после уничтожения Бен Ладана, когда был кризис власти временно в самой Аль-Каиде. Тогда он решил создать более новое, более развитое мусульманское движение, цель которого уже будет не завладеть тем или иным исламским государством, а создать на той разрухе государств на Ближнем Востоке единый мусульманский халифат. И он создал его, пользуясь теми накоплениями политическими, военными и организационными, которые были созданы до него, начиная с афганской войны. И так возникло ИГИЛ.
И теперь у нас сложное положение во всем мире. С одной стороны дестабилизация положения на Ближнем Востоке и огромное количество мусульманских беженцев из Афганистана, из Пакистана, из Африки после разрушения Ливии создало отличную почву для пропаганды экстремистского ислама. С другой стороны исламское население Европы, которое там живет уже с начала распада французской империи и немножко Британской. Вот это новое поколение рожденное там, часть из них, тоже начало организовываться там в определенные группировки на базе ислама. И вот когда возник сейчас наиболее с их точки зрения привлекательный и романтический ореол ИГИЛа, они все стали вставать под знамена ИГИЛа. Т.е. как происходит сейчас.
Это не ИГИЛ послал своих эмиссаров в ту или другую страну, это они там заявили: мы присоединяемся к ИГИЛу. Мы согласны принять Вашу идеологию, мы согласны принять Вашу стратегию, мы являемся Вашими солдатами. И об этом заявили исламисты Боко харам в Нигерии и в Африке. Об этом стали заявлять исламистские организации, которые воевали в Ливии, об этом стали заявлять все новые и новые исламистские ячейки в Европе. И вот последние теракты&hellip, Они не были членами ИГИЛ 2 года назад, они присоединились к ИГИЛ. Эти группы в Бельгии и во Франции заявили, что они становятся членами ИГИЛа только в начале этого года. До этого они были отдельными мусульманскими группировками, а теперь мы имеем дело с новым интернационалом под эгидой ИГИЛ, который объединяет все или большинство исламских фундаменталистских группировок, готовых с помощью силы, с помощью террора воевать с той действительностью, в которой они живут. Это могут быть Бельгийские арабы из Алжира или из Марокко или из любой другой страны и во Франции и в Англии и в Испании и в любой другой стране. К ним присоединяется молодежь, которая приняла ислам обычные немцы, бельгийцы, французы, итальянцы, кто угодно. И поскольку оно (ИГИЛ) окружено ореолом романтики, вооруженной борьбы с окружающей действительностью, героизмом, они им довольны.
Вот так и возникла та зараза, которую мы называем сегодня международным терроризмом. Все остальные виды террора сегодня почти не существуют. С последним договариваются в Колумбии.
Марк Соркин:
— Понятно, Яков Иосифович. Картина конечно достаточно безрадостная. Скажите тогда мне такую вещь. Как Вы видите методы борьбы с этим? Ведь, как Вы правильно сказали, эти исламистские организации используют в достаточно извращенной форме мусульманскую религию. Т.е. с одной стороны они имеют корни в извращенном толковании религиозных канонов, а с другой стороны в недовольстве молодежи той жизнью, которой они живут. Так, как можно бороться с этим?
Яков Кедми:
— Ситуация сложная и запутанная, поэтому идти нужно сразу в нескольких направлениях. Если посмотреть на это с дальним расчетом то самое страшное, что может случиться, если большинство из полутора миллиарда мусульман мира примут их идеологию. Поэтому необходимо поддержать борьбу умеренного ислама с этим исламом. Это одна из основных проблем. И с помощью умеренного ислама можно остановить распространение фундаменталистского, террористического ислама и его влияние среди мусульманского населения во всем мире. Это одно направление.
Второе направление. То, что привлекает людей к этим террористическим организациям это их успехи. Любой теракт это успех. И чем больше терактов успешных с большими потерями, чем больше крови, чем больше убийств, совершенных ими, тем больше у них появляется сторонников. Те службы, которые отслеживают это, они видят после каждого теракта, как делал Джон Головорез, отрубающий головы и другие, симпатии к этой организации в среди определенной группы населения молодежи резко усиливаются. Если сегодня только в рядах ИГИЛ Сирии и Ираке воюют от 30 до 40 тыс. добровольцев из других стран, то это является результатом их успеха за последние два года. Прилив новых добровольцев не уменьшается. Его пытаются остановить, воспрепятствовать с помощью спецслужб, границ, армии, но желание присоединиться к ним, оно не уменьшается. Наоборот, оно распространяется на другие страны, на другие территории, захватывая и не мусульман тоже.
Поэтому основное, на чем нужно сейчас сосредоточиться это прекратить полосу успеха и побед ИГИЛ и ликвидировать базы ИГИЛ. Базы ИГИЛ сегодня это Сирия и Ирак. И пока не будут эти места захвачены, освобождены от ИГИЛ и ИГИЛ потеряет свою территориальную базу, невозможно говорить о том, что распространение идеологии ИГИЛ будет остановлено. Тогда его можно остановить. Тогда нужно будет провести дополнительную работу, которая должна начаться уже сегодня уничтожение всех ячеек и отростков ИГИЛ в любой стране, причем пользуясь самыми резкими, самыми эффективными методами.
Я могу привести пример. Израильский араб несколько лет назад. Лет пять назад из Израиля уехал в Сирию, воевал, вернулся. Его арестовали, его судили. Он сидел полтора года, вышел. Организовал группу из шести арабов, опять ушел в Сирию. На этот раз он сделал это, пользуясь маленьким самолетом, перелетев границу. А те, которых он завербовал, должны были уйти в Сирию и встретиться с ним там. Т.е. я не говорю, если бы ему оторвали то, что надо. Но если бы его засунули в тюрьму, засадили на 20 лет на 30 лет, этого бы не было. Т.е. методы должны быть эффективными, однозначными и которые не оставят никакого шанса для возрождения такого движения. Если некий человек был в ИГИЛе и выжил в боях, то ближайшие десятки лет он не должен видеть вокруг себя ничего, кроме тюремных стен.
Марк Соркин:
Вот посмотрите, Яков Иосифович, Вы совершенно правильно отметили, на мой взгляд, что Талибан и Аль-Каида, и ИГИЛ были созданы Америкой и Великобританией в своих геополитических интересах&hellip,
Яков Кедми:
— Я не сказал, что они были созданы, я сказал, что они были поддержаны, они были усилены. На стратегическом этапе становления, вся эта помощь помогла им встать на ноги и набрать силу.
Марк Соркин:
— Понял, принимается. Значит, помогли (США и Великобритания) становлению этих организаций. Но ведь и Англия, и Америка, и Франция, и Италия в свою очередь проявляли определенный государственный терроризм, к той же Ливии, к той же Сирии. То есть, по сути дела они несут полную ответственность за те успехи, которые имеет Аль-Каида и ИГИЛ. Это так или нет?
Яков Кедми:
— Они несут такую же ответственность, как и любое государство, которое поддерживает террористические организации, исходя из тех или иных соображений. И они считают, что с ними надо бороться, но не берут на себя часть ответственности за то, что сделают эти террористы в будущем. И я хочу дать пример для России.
В Синае возникла террористическая организация на базе местных бедуинов для борьбы против нынешней власти в Египте, сторонников отстраненного от власти Мурси и мусульманских братьев. Это была террористическая организация. Эта организация на пути своего становления поддерживала контакты и получала помощь, и проводила совместные операции с другой организацией Мусульманских братьев, которая, как вы все знаете, называется Хамас. Она находится в Газе. И вот эта организация получала поддержку от Хамас и не раз пыталась организовать вместе с Хамас теракты с территории Синая против Израиля. В начале этого года объявила а мы теперь ИГИЛ. Так вот, бомбу в российский самолет подложили представители этой организации, в создании и укреплении которой принимал участие Хамас. Где принимают руководство Хамас в последние месяцы и относится к ним как к умеренной оппозиции? В городе Москве.
Извините, если будем проводить такую политику и будут террористы, которые потребны и которые непотребны, не надо удивляться в один прекрасный день, что они или их союзники подложат бомбу в ваш же самолет.
На сегодняшний день американцы отстаивают своих террористов, то есть это организации Мусульманских братьев, которые были созданы в Сирии, Турции, Катаре и Саудовской Аравии это порядка 10 организаций Мусульманских братьев. Вот американцы, англичане, турки и саудовцы хотят, чтобы их признали легитимной оппозицией. В отношении Джабхат ан-Нусра и ИГИЛ, наконец, договорились они не легитимны. С другой стороны, есть легитимная террористическая организация, которая провела достаточно терактов в мире. Она называется Хезболла. Против нее никто ничего не говорит. А есть другая организация, которая называется Хамас — против нее тоже никто не говорит. И Аль-Джихад Аль-Ислами тоже. То есть, они как бы выпадают из поля тех террористических организаций, с которыми надо бороться. Ну, хорошо. Тогда оно и будет.
Пока не прекратится в мире использование любых террористических организаций в своих интересах, их покрытия или придания им неприкосновенности, потому что они вроде бы соответствуют нашим интересам. То есть когда любой вид террора не будет объявлен вне закона мир будет терпеть от террора по очереди: сначала одна страна, потом другая, потом третья. Мы от этого не изменимся.
Если говорить о сегодняшней обстановке, о терроре, который сегодня угрожает и Европе, и всему миру от ИГИЛа и от Аль-Каиды, то оперативно надо ликвидировать их территории, их территориальную власть в Сирии и Ираке. Это можно сделать только сухопутными войсками. Это невозможно сделать бомбежками это так никогда не решалось. То есть пока не появятся бойцы, которые будут отлавливать, убивать, арестовывать членов этих организаций там, где они находятся, в любом месте, до тех пор они будут существовать и до тех пор мы будем бегать за ними, как за призраками.
Часть 2

Марк Соркин:
Как мировое сообщество реагирует на терроризм, как проходила встреча министров иностранных дел в Вене и заседание двадцатки наиболее развитых экономик мира в Анталии.
Вот с этой точки зрения давайте рассмотрим два события, которые прошли на прошлой неделе и начале этой. И первое это совещание в Вене министров иностранных дел по сирийской проблеме. И вот там Керри заявил, что, собственно говоря, в теракте во Франции (почему не в Бейруте, я не понимаю, чем жители Бейрута отличаются от жителей Франции) конкретно виноват Асад, потому что он притягивает на себя террористов, как магнит железные опилки. Так какие совещания по тем мерам, которые надо принять для уничтожения международных террористов, нужно проводить? Что еще должно случиться для того, чтобы была выработана какая-то общая линия?
Яков Кедми:
— Нужно различать глупости, которые говорят политики и решения, которые принимаются. Совершенно не понимаю, что он говорит. Керри сказал еще большую глупость, дикую совершенно. Трудно понять, либо он не понимал, что он говорит или то, что он говорит выражает его суть. Смысл того, что он сказал: еще можно было как-то объяснить теракт против этого журнала с журналистами, то это действие ИГИЛ трудно чем-то обосновать. То есть, стоит министр иностранных дел США и подводит основания про тот теракт, при котором погибли около десяти журналистов в Париже. (В том же Париже он говорит это.)
До какой деградации мышления и совести надо дойти, чтобы оправдывать этих террористов и находить какой-то смысл и какую-то базу в их бесчеловечном решении. С этого начинаются проблемы.
Но Керри сказал и это можно отнести к его уровню. Можно только пожалеть, что есть страны, где люди исполняют обязанности министров иностранных дел в этих странах и не осознают вообще, что они говорят. Но если вернуться к решениям, которые были приняты, несмотря на всю эту говорильню, решения однозначные. В Вене было принято и утверждено еще раз Сирия восстанавливается как единое государство, то есть не будет расколото. Сирия восстанавливается как светское государство, то есть не будет власти ни мусульманским братьям, ни всякого рода этим порождениям. В Сирии будет создано правительство, временное, переходное вместе с Асадом. Это правительство должно выработать [положения] в течении полугода после уничтожения ИГИЛа и Аль-Каиды.
Осталась за скобками дискуссия организации, которые объединяют мусульманские братья целиком или часть из них будут террористами приемлемыми или нет. Проблема с ними простая. Требования в Вене, когда они сказали, что правительство будет вместе с Асадом, вот эта оппозиция должна согласиться с тем, что она идет на переговоры с Асадом и входит с ним в правительство. А они, на наше счастье, от этого отказываются. То есть если они отказываются, то они не могут быть частью власти, которая вырабатывать конституцию и по этой конституции будут проходить выборы. Когда должны быть выборы в Сирии? Лавров это огласил и все это подтвердили через полтора года. А следующая встреча будет через месяц. Так что, не смотря на то, что сказал Керри, рамки были определены. Участие Китая в этой конференции уже определено.
Мало того, то единственное о чем идет торг американцы для сохранения своего лица хотят намека, что Асад не будет потом президентом Сирии. Россия от этого отказывается, Египет отказывается. Все те, кто поддерживают Россию и Иран, говорят: будет президентом Сирии тот, кого выберут.
Но неудобно же им (США) сказать, что если они 5 лет морочили всем голову о том, что Асад основная проблема Сирии. Ведь из-за чего это все началось? Из-за чего появились беженцы? Из-за чего появился ИГИЛ? Это Асад. А теперь все говорят Асад остается. И поэтому за престиж идет это словоблудие против Асада, но дело то уже решено.
Как они (США) будут это оформлять, как они будут объяснять своим народам, чего они 5 лет их дурачили с Асадом. А теперь они садятся с ним за один стол… это их проблемы.
Проблемы Сирии уже всем ясны, без нынешней власти в Сирии, во главе которой стоит Асад, решить проблему невозможно. Наоборот. Решение проблемы таково, если в течение ближайшего месяца или оставшихся 3-4 недель сирийская армия будет воевать так, как она должна, а не так, как она могла, или как она это делала, тогда ситуация в Сирии будет определена в сторону позиции, которую сегодня занимает Асад, Россия, Иран, Китай и Египет.
Марк Соркин:
— Понятно. Ну, конечно, по поводу уровня мышления американского, как говорится, госдепартамента…
Яков Кедми:
— Это я не обвинял департамент, это сказал человек, который является министром иностранных дел.
Марк Соркин:
— Скажем так, это стало предметом шуток всего мира
Яков Кедми:
— Ничего себе шуточки. Я не хочу рассказывать анекдот про боцмана, который плавает в море. Это похоже на такие шутки.
Марк Соркин:
— Вот именно. Но сейчас нас не это интересует. Вот сразу практически после венской встречи министров иностранных дел произошла встреча лидеров 20 развитых стран. Это должен был быть экономический саммит, но проблемы связанные с Сирией и терроризмом там стояли тоже очень остро. Как вы думаете, все-таки вот эти две встречи, особенно G20 смогут, как-то, продвинуть положительное движение вопроса об уничтожении террористического квазигосударства на территории Сирии и Ирака.
Яков Кедми:
— На встрече 20-ки они отдали дань международной обстановке и говорили об этой теме. Решения действительно там обсуждались больше экономические. Но конечно говорили о более сексапильной теме, о которой нельзя не говорить.
Основные решения принимаются в Вене. Двадцатка не принимает оперативных решений. Она может создать общий политический фон и то, что и как там говорят, означает, как отражается международная обстановка на этих встречах. Оперативных решений там не принимается.
Единственное что можно сказать по 20-ке, что на этой встречи в отличии от второй закончилась изоляция России и была признана де-факто и де-юре, что Россия является одним из основных государств с которым необходимо обсуждать все международные проблемы и конфликты. И с президентом России, которого пытались сделать нелегитимным, говорили и придется говорить всем. То есть эта встреча 20-ки перечеркнула предыдущую встречу 20-ки в Австралии.
Марк Соркин:
— Понятно. И вот у меня можно сказать последний вопрос. На этой недели сообщили, окончательно, без различных толкований и двусмысленностей, что гибель российского самолета есть результат теракта.
Яков Кедми:
— Я не будут спорить с доказательствами, которое представил Бортников. Он дал абсолютные доказательства того, что это теракт.
Марк Соркин:
— По результатам приведенного расследования президент РФ сделал заявление, в котором сказал, что мы обязательно найдем и тех, кто этот теракт совершил, подготовил, финансировал, заказал. И якобы 51 статья устава ООН дает нам право преследовать преступников в любой стране мира, где бы они не находились. Перед этим, за неделю до этого в одной из российских передач Е. Сатановский заявил, что эксперты провели расследование и что этот теракт заказал якобы один из министров Катара. Вот как Вы считаете, означает ли это, что российский президент заявил о том, что он считает возможным проведение антитеррористических операций на территории той страны на которой находятся соучастники (заказчик, финансист)
Яков Кедми:
— Я бы не делал далеко идущих выводов и связывал то, что сказал Сатановский, я его отлично знаю и уважаю, и тем, что сказал президент России. Слова Сатановского не обязывают президента России. А если мы хотим понять, что хочет президент России, то мы должны слушать только его. В данном случае, какова роль Катара и в какой мере Россия будет требовать от него ответа за то, что произошло это будет решать президент России. Я не знаю. Женя (Сатановский) высказал свое мнение, но это его мнение. В отношении преследования и возмездия террористам — задача конечно благородная. Но основная задача российских спецслужб — это предотвратить новые преступления. Поскольку российские спецслужбы до сих пор не были ориентированы в достаточной мере (это не укор, но это факт) для борьбы с исламским террором в виде Аль-Каиды, ИГИЛ и других (они были ориентированы совершенно другим террористическим направлением), то у России нет достаточно сил, чтобы серьезно заниматься этим вопросом. Она должна их создать, и она их создаст, но не дай бог, чтобы они не переориентировали тех, которые работают по другим направлениям, потому что это принесет огромный ущерб во всех отношениях. И по тем направлениям, по которым работали, — не даст эффективных результатов работы с мусульманским населением и приведет к провалу. Такое уже бывало.
Поэтому эта цель благородная произвести возмездие, но это должно быть только в результате борьбы для предотвращения новых терактов, а не как отдельное направление за счет действия в других направлениях.
Мы (израильские спецслужбы) этим занимались очень долго. Ликвидировали десятки террористов. И то к чему мы пришли, что для предупреждения террора, для борьбы с ним, возмездие не играет никакой роли.
Марк Соркин:
— Я бы о другом хотел вас спросить. Президент сослался на 51 статью, я хотел выяснить чисто политический аспект. Возможна ли эта операция возмездия, как вы ее правильно назвали, и соответствует ли она духу международного права и его буквы.
Яков Кедми:
— Ваш президент по первой специальности юрист и все что он делает, все операции, которые он проводит на своем посту, прежде всего, он подводит юридическую базу или российскую или международную. Я не юрист. Я не знаю, насколько это соответствует букве закона. Я полагаю, в отличие от президентов других стран, Ваш президент обычно старается проверить то, что он говорит, и он, и его помощники проверили слова на соответствие международному праву. Я думаю, что действия России в этом вопросе больше соответствуют международному праву, чем действия США в том, что они называли борьбой с террором, особенно их действия в Сирии, не спрашивая разрешения у сирийского правительства.
Марк Соркин:
— Понятно. Спасибо Вам большое за ясный и четкий ответ.
Я от имени наших зрителей и читателей еще раз благодарю за то, что вы любезно соглашаетесь дать разъяснение по геополитики и прощаюсь с Вами.
Уважаемые зрители и читатели информагентства Ледокол мы увидели с вами каким образом империалистический, а ныне уже либерально-глобалистический цинизм приводит к ужасающим жертвам среди мирного населения. Как вскормленные и поощряемые террористические организации уничтожают людей, которые не нравятся им по цвету кожи, религии, образу жизни. Подумайте об этом, как буржуазия, как капитализм может справиться с этими проблемами это вопрос наших дальнейших передач. Я думаю, мы это обязательно разберем.
А сегодня мы должны высказать соболезнования тем людям, у которых убили родных. И какая разница где: в Ливии, Египте, Франции. Люди все одинаковы и кровь у всех красная. И вот нельзя, чтобы эта кровь разливалась по мостовой по прихоти убийц. С Вами был ведущий информагентства «Ледокол» Марк Соркин.

comments powered by HyperComments